— Но я моряк, гидрографией занимался постольку, поскольку требовали условия плавания, тонкостей ее не знаю, — пытался было сопротивляться Олег.
— Специалистов вам дадим, — сказал министр. — Но кроме специалистов нужен и организатор. Как, товарищ Вилкин?
— Его идея, его и бензин, — согласился Вилкин.
Обеспечение экспедиции всем необходимым снаряжением и оборудованием поручили гидрографическому управлению, а Борисову предложили немедленно вылететь в Игрушечный, чтобы на месте начать формирование экспедиции.
24
На аэродром он приехал рано, регистрация билетов еще не начиналась, и чемодан пришлось таскать с собой. Он хотел что-нибудь купить Вере, но в аэропорту, кроме брошек, кулончиков и бус, ничего не оказалось, лишь у одного из киосков была давка, там продавали ажурные чулки. Олег стал в очередь, простоял минут сорок, но, когда продавщица спросила, какой ему нужен размер, он не смог ответить.
— Ну вот, тоже мне кавалер!
— Давайте всех размеров по две пары.
— По две не могу, а по одной пожалуйста.
Потом он купил еще флакон духов и двадцать пачек сигарет. Распихав сигареты по углам чемодана, Олег направился в зал регистрации билетов и в дверях столкнулся с Жаровым.
— Здравствуйте, товарищ Борисов!
— Здравия желаю!
Жаров тоже был с чемоданом.
— Вместе летим? — спросил Олег.
— Нет, я уже отлетался, хватит. Поеду в Крым, куплю где-нибудь на берегу моря небольшой домик и буду загорать.
— Значит, уволили?
— Да, — подавил тяжкий вздох Жаров и ухмыльнулся. — А вы вовремя смотались в Москву, — с явным сожалением сказал Жаров. — Ну, я еще напишу куда следует.
Хорошо, что тут хватило честности предупредить. Мог бы ведь и не предупреждать.
— Что же, пишите, дело ваше.
— Не только мое! Увольняют старые кадры, поглядим, как вы без нас обойдетесь. Что вы, молодые и зеленые, можете?
— Вот тебе раз! То вы меня обвиняете в том, что я недооцениваю молодежь, а теперь вот сами… Нелогично.
— Ага, вас уже ознакомили с моим письмом?
— Да, я читал его.
— Погодите, я еще не то напишу.
— Валяйте. — Олег подхватил чемодан и направился к стойке регистрации билетов.
— Олежка? — Навстречу Борисову шел, растопырив руки, Костя Тимофеев. — Вот так встреча!
Они обнялись, расцеловались.
— Какими судьбами?
— Еду в отпуск. А ты?
— Я из командировки.
Они не виделись пять лет, Костя заметно пополнел, стал солидным. Он служит на Балтике, командует сторожевым кораблем.
— В будущем году думаю поступать в академию. Надо слегка подрасти над собой. А ты где теперь процветаешь?
— Я теперь строитель.
— Что это тебя угораздило? А как же флот?
— Собственно, к флоту я тоже имею некоторое отношение. Вот именно некоторое. За год пребывания на Крайнем Севере плавал полтора месяца, да и то лишь в заливе.
— Не жалеешь?
Жалеет ли он? Нет, не жалеет. Он и сам не думал, что так круто повернется его судьба. Он любил флот, тосковал по морским походам, но, кажется, ни разу не пожалел, что попал к строителям. За год жизни на Крайнем Севере как будто ничего существенного в его жизни не произошло. Но Север научил его многому, он стер с него все лишнее, сделал его серьезнее, целеустремленнее. А флот…
Может быть, только сейчас Олег понял, что он не только не ушел с флота, а стал свидетелем и участником зарождения большого арктического судоходства. Пройдет несколько лет, в Игрушечном построят морской порт, ледоколы поведут караваны судов с золотом, алмазами, нефтью. Кто-нибудь из старожилов вспомнит, что идея строительства порта принадлежала капитан-лейтенанту Борисову, а штурманы пароходов, прокладывая на морских картах курс, мысленно поблагодарят безвестного составителя этих карт.
«Кажется, я становлюсь честолюбивым», — усмехнулся про себя Олег.
— Нет, не жалею.
— Ну и ладно. Наше дело такое: где прикажут, там и служи. Главное, чтобы служба не тяготила, а доставляла хоть какое-то моральное удовлетворение. Может быть, я скажу несколько казенно, но понимаешь, старик, очень это важная для нас штука — сознание полезности своего существования.
Кажется, для Кости эти пять лет тоже не прошли бесследно.
— Ну а все-таки, чем ты занимаешься, если не секрет? — спросил Костя.
— Командую плавсредствами. Пожалуй, «плавсредства» звучит слишком солидно для тюлькиного флота, который у меня есть. К тому же сейчас я перехожу на санно-тракторное плавание по Ледовитому океану.