— Мичман Туз! — представился он.
— Борисов.
— А мы ждали вас только через шесть дней рейсовым самолетом.
— Да вот самолет попутный подвернулся, ледовый разведчик.
— Они нас частенько выручают. То почту, то фильмы, то еще кое-что по мелочи подбрасывают. У вас больше никаких вещей нет?
— Нет. — Олег подхватил чемодан, и они пошли к катеру. Пес покорно поплелся за ними. На катер он прыгнуть не решился, но, когда отдали швартовы, заскулил и заметался по причалу.
— Ваша псина-то? — спросил Туз.
— Нет, тут, на причале, познакомились.
— Их тут много, приблудных, — словно бы извиняясь, сказал мичман. — Зимой в упряжке, а летом вот так и бродят.
— Может, взять? Вроде хозяина во мне признал. Только вот не знаю, где мы жить с этим барбосом будем.
— Об этом не беспокойтесь, квартиру вам уже приготовили. Пока, правда, на первом этаже, но к зиме переберетесь на второй.
— Мне все равно, я ведь холостой. А чем хуже первый этаж?
— О, вы еще не знаете Арктики. Под нами вечная мерзлота, практически — лед, зимой на первых этажах холодно. Так берете пса?
— Придется взять.
— Хомутинников, подходи к причалу! — крикнул Туз рулевому.
Катер снова подошел к причалу, Олег позвал пса, и тот прыгнул на борт. В салоне он обнюхал все углы, потом улегся на коврике, положил голову на передние лапы и всю дорогу не спускал с Олега благодарных и преданных глаз.
4
Начальник управления инженер-полковник Щедров, сухощавый человек с густыми, нависшими на глаза бровями, повертел в руках предписание и сказал:
— Поздновато вас прислали. Навигация уже закончилась.
— Это зависело не от меня, — сказал Олег.
— Да, конечно. Впрочем, дел вам тут и без этого пока хватит. В будущем году объем строительства значительно возрастает, будем принимать до семидесяти пароходов. А навигация все равно будет длиться не более месяца. У нас нет хороших причалов, нет кранов. Да и плавсредств маловато. Так что за зиму надо все привести в порядок, что нужно — починить, прошпаклевать, подкрасить. Перед последним пароходом был сильный шторм, кое-что побило, помяло, один плашкоут утонул, надо бы его поднять. Сумеете?
— Далеко от берега?
— Метров двести.
— А глубина?
— Метров десять.
— Для того чтобы его поднять, нужны водолазы, понтоны, специальное судно.
— Где все это взять? Заказать — дорого обойдется. Ладно, пусть лежит. А вообще подумайте, что нам делать с плавсредствами, может, что-то надо будет еще закупить. Подсчитайте с плановиками, во что это обойдется. Но широко не замахивайтесь — денег у нас мало. Если что нужно будет, заходите запросто. — Щедров встал, вышел из-за стола и протянул руку. — Давайте устраивайтесь и приступайте к делу немедленно.
Пока в строевой части Олегу оформляли документы, рабочий день кончился. Помощник дежурного, маленький чернявый солдатик, провожал Олега до квартиры. Было очень темно, тропинки не видно, и Олегу было непонятно, как солдат угадывает ее. Дул холодный сырой ветер. Вверху цепенели яркие иглистые звезды, справа и слева мерцали тусклые желтые огоньки домов. Придавленные темнотой дома были похожи на холмики могил. И фигурка солдата, неясная, размытая темнотой, похожа на привидение.
— Снег будет, — уверенно сказал солдат.
— А небо чистое.
— Это ненадолго. Звезды-то вон какие ершистые.
Квартира была маленькой, но отдельной. Значит, с жильем тут хорошо. Олегу не приходилось еще иметь не только отдельную квартиру, а даже комнату, и он радостно заметил:
— Смотрите, даже кухня есть!
— Теперь жениться надо, — серьезно посоветовал солдат.
Они вместе осмотрели квартиру. В углу уже стояла железная солдатская койка, покрытая серым байковым одеялом. В другом углу — тумбочка образца тысяча семьсот какого-то года. Полкухни занимала железная бочка, наполненная водой. Рядом на проволоке висел рукомойник, под ним — оцинкованное ведро.
— Канализации у нас нет, — сказал солдат. — Трудно ее тут делать — вечная мерзлота.
Пес уже облюбовал себе место в стенном шкафу в коридоре. Он удобно улегся там и заснул.
— Смотрите, уже обжил. Как его зовут? — спросил солдат.
— Не знаю.
— Назовите Марсом. Модное космическое имя. Марс, Марс! — позвал он пса.