— Да, — ответил Гедимин.
Джер, не выдержав, отвёл взгляд.
— Всё понятно, — поморщился он. — Комитет рассмотрит твоё дело. Скорее всего, ты будешь отстранён от полётов. Вместе с Лиском.
Гедимин изумлённо мигнул.
— Ты пилот или механик? Откуда ты вылез, и как ты собрался меня отстранять?
— Я - председатель Лётного комитета, — Джер на долю секунды оскалил зубы. — Разговор окончен.
— Иди-иди, — охранник в экзоскелете схватил Гедимина за плечо и подтолкнул к двери. — Пошёл!
Гедимин остановился у крыльца, потирая плечо. «Мы летали три года. У нас были пилоты, механики и судьи. Я ни разу не слышал ни о каких комитетах. Похоже, макаки выдумали очередную ерунду, а проблемы опять будут у нас…»
Мимо душевой, заворачивая на аэродром, проехал глайдер-мусоровоз. Гедимин выглянул из-за угла, — улица снова ожила и зашумела, охранники, разыскивающие утечку, бесследно исчезли. «Не нашли,» — он подошёл к краю оврага, осмотрел свалку и довольно усмехнулся. «Но это ненадолго. Пора заняться каменной кладкой и бурением…»
Свёрнутые металлические листы скрежетали негромко — Гедимин прочно держал их, лучевая сварка работала бесшумно, только перегретая поверхность еле слышно шипела, остывая. Когда вдалеке громыхнуло, сармат услышал это сразу, но бросить работу он не мог — и продолжал варить, прислушиваясь к хлопкам, скрежету и плеску за углом. Когда вода всплеснула в последний раз, он положил готовую конструкцию остывать, отстегнул ремонтную перчатку и быстро пополз к источнику шума. Когда он добрался до цели, плеск уже затих, но что-то продолжало негромко скрежетать. Судя по звуку, металл цеплялся за камни.
Гедимин выпрямился во весь рост и изумлённо мигнул, глядя на залитый пол. Ниша, в которой ещё недавно проходила труба, врезанная в городской водопровод, была достаточно высокой, чтобы избежать затопления, и сармат поднял её пол ещё на полметра, соорудив порог. Только теперь он убедился, что не ошибся в расчётах.
От мокрого порога до самого озера протянулся выстланный фрилом туннель — два метра в диаметре, множество крепящих опор… и много холодной воды. Сейчас она подступила к порогу и щедро забрызгала его. Гедимин зажёг фонарь и направил луч в тёмный туннель. Свет отразился от поверхности воды — между ней и округлым сводом оставалось полметра свободного пространства.
«Готово,» — довольно кивнул сармат, глядя на воду. Он уже знал, где поставит насос и куда положит трубы с фильтрами.
Что-то продолжало скрежетать. Фонарь осветил блестящие выступы, торчащие из воды в десяти метрах от порога. Сармат вынул из кармана пульт, больше похожий на раздавленный бульдозером смарт. Устройство негромко щёлкнуло, красный огонёк на нём погас. Гедимин передвинул рычажок, придавил пальцем кнопку со стрелкой и прислушался. Под водой что-то зарокотало. Блестящие выступы исчезли.
«Движется,» — Гедимин осветил поверхность воды и увидел быстро всплывающие пузыри. Их источник приближался к порогу, и вода над ним колыхалась.
«Готово,» — сармат отпустил клавишу и вернул рычажок в прежнее положение. Рокот утих. Что-то несильно ударилось о порог и остановилось. Гедимин кивнул, спрятал пульт и опустил руки в воду.
Плавучий агрегат был больше и тяжелее, чем можно было бы предположить, глядя на его надводные части. Он весь растянулся вдоль дна — вместе с колёсами, подпорками, герметичным корпусом и массивным буром. Пневмомолот, вокруг которого он был построен, весил в три раза меньше, — даже Гедимину пришлось напрячь мышцы, чтобы извлечь агрегат из воды и втащить на порог.
Всё было цело; во время плавания известковая грязь с бура и колёс частично смылась. Гедимин вытирал остатки и придирчиво осматривал выступающие части. «Годится,» — заключил он, выталкивая агрегат на просушку, в тёплый коридор, продуваемый сухим воздухом. За поворотом, ближе к выходу, виднелась груда известняка, грязного песка и растительных остатков, примерно столько же отходов должно было остаться на дне после затопления. Гедимин посмотрел в воду, недовольно сощурился и начал расстёгивать комбинезон. Ползать по этому туннелю ему уже приходилось, плавать — пока нет.
Вода была тёплой — достаточно, чтобы проводить в ней часы, не опасаясь, что конечности онемеют. Гедимин нырнул и пошёл вдоль дна, отталкиваясь от стен. Фонарь, пристёгнутый к руке, освещал серый слой придонной мути и торчащие из него куски известняка. «Понятно,» — сармат оттолкнулся ото дна и поплыл назад. Развернуться было негде — оставалось пятиться, пока пальцы ног не коснутся камня. «Сгрести всё вместе и вытолкнуть в озеро. На выходе поставить решётку. Обработать от моллюсков…»