Рука Линкена под ладонью Гедимина вздрогнула и напряглась; ремонтник крепко сжал пальцы и надавил, понуждая взрывника оставаться на месте.
— Hasukemesh, — еле слышно пробормотал он. — Я пойду на озеро, атомщик. Там хотя бы чисто.
— Не трогай Алексея, — предупредил Гедимин, неохотно отпуская его плечо. — Тебе он ничего не сделал.
— Я провожу его, — тихо сказал, повернувшись к ремонтнику, Хольгер. — Не беспокойся, всё обойдётся.
— Догоню вас через час, — кивнул Гедимин.
Он сел за освободившийся телекомп, настороженно огляделся по сторонам и открыл почту.
«Гедимину Кету, с уважением, от Герберта Конара. А также всем сотрудникам службы безопасности, которые будут читать это письмо. (Специально для них: нельзя ли ускорить процесс? Такое впечатление, что наши письма идут через Северный Союз с заходом на Титан.)
Что касается вашей идеи: да и ещё раз да! На выходе вы получите рабочий корабельный реактор — одну из моделей «Звёздного кондора», в зависимости от типа теплоносителя. Этого хватит, чтобы поддерживать жизнь крейсера — или промышленного города на любой из планет Солнечной Системы.
О ртути: эта идея не так хороша, как кажется. Все попытки использовать её как теплоноситель заканчивались одинаково — протечками изо всех швов трубопровода. У нас пока нет материалов, способных удерживать её сколько-нибудь долгое время. В корабельных реакторах, как правило, применяют свинец с добавлением висмута. (Вот хорошая ссылка. У вас, как студента Калифорнийского университета, есть право на бесплатный доступ туда.)
О ваших предположениях насчёт меня, Майкла и профессора Аткинсона: нет и нет. В Лос-Аламосе — и за его пределами тоже — нет никого, способного надавить на мистера Аткинсона. Разумеется, мы предложили ему взять вас, но решение было за ним. Как вы знаете, раньше в Лос-Аламосе не обучался ни один сармат. Видимо, это и пробудило его любопытство. Он согласился дать вам шанс. Не знаю, как он, а мы с Майклом об этом не жалеем. А что насчёт вас? Было бы интересно услышать, что вы думаете об учёбе, и как она для вас проходит.»
Гедимин хмыкнул, потянулся к кнопке ответа, но, подумав, опустил руку. «Интересно, где учились сарматы-атомщики? Они были, я в этом уверен. Но спросить не у кого.»
«И последний ответ: да, это возможно и даже не слишком затруднительно, если вы не боитесь скуки. Имея запас урана, источник направленного излучения (альфа- или нейтронного, или даже пучка ускоренных ионов), простейший хроматограф и несколько лет свободного времени, можно получить многие трансурановые элементы. Можно даже попробовать синтезировать сверхтяжёлые ядра, обогнав официальных исследователей. Однако практическая польза ничтожно мала. Не спорю, когда-то это была многообещающая область исследований. Но теперь уже очевидно: ничего, кроме удовлетворения любопытства, это не даёт. Да, предположения насчёт Острова стабильности отчасти оправдались (могу развить эту тему в следующем письме, если вам интересно). Однако то, о чём вы пишете, не более чем фантазия. Конечно, я знаю семейные истории Майкла — мы вместе учились, и всё это я слышал не один раз. Но исходя из доступной нам информации — это всего лишь легенда. Федералам не следовало создавать такой ореол таинственности вокруг взорвавшегося реактора — с реакторами такое бывает, и в те времена случалось нередко. Это, конечно, было трагедией для семьи Майкла, и я очень ему сочувствую — но всё, что они вокруг этого накрутили, обычные фантазии. Никаких сверхдолгоживущих трансурановых элементов там нет и быть не может. Я в этом уверен на девяносто девять процентов…»
Глава 26
— Гедимин, в овраг пока не ходи, — предупредила Лилит, опускаясь на пол рядом с его креслом и осторожно вытирая куском ветоши окровавленные костяшки на левой руке. — Там лежат две макаки.
Сармат удивлённо мигнул и развернулся к ней, едва не выворотив болты, крепящие кресло к полу.
— Помочь?
— Им? — едва заметно усмехнулась сарматка, разглядывая пальцы. — Поздно. Удачная была минута — эти двое, край оврага и пол-ящика виски на посту охраны. Они небось до сих пор не заметили, что их стало меньше.
Гедимин одобрительно хмыкнул.
— Руку перевязать?
— Зачем? Тут пара ссадин, на воздухе быстрее затянутся, — Лилит лизнула ранку и откинулась назад, прижимаясь щекой к бедру сармата. — Сильно занят? Тебе привет от Джера Хепри.
Гедимин с досадой покосился на экран — статья профессора Аткинсона была прочитана только наполовину, и то, о чём в ней шла речь, было гораздо интереснее летних соревнований, а тем более — очередных выдумок Лётного комитета. Но Лилит была настроена на долгий разговор, и сармат неохотно отвернулся от телекомпа.