— Идите мыться, оба, — махнул рукой Гай. — Вещи пусть полежат тут. Вернётесь — вынесу еду. Химик тоже переезжает? Пока не спускался. Отправлю его к вам.
Гедимин изумлённо мигнул.
— Спасибо, Гай.
— Не за что, — буркнул комендант ему вслед.
…На крышу барака Линкена сарматы поднимались в настороженном молчании, но уже на чердаке они услышали голос Иджеса — тот проверял исправность глайдера и отмахивался от взрывника:
— Нет тут никаких «жучков»! Что? Я уже всюду залез. Сам смотри!
Гедимин вышел на крышу. Роботы-уборщики очистили от снега проход между двумя рядами наклонных поверхностей; глайдер, слегка присыпанный белой крупой, стоял на очищенной полосе, и Линкен отряхивал его от ледяных кристаллов.
— Куда теперь? — спросил взрывник, посмотрев на Гедимина. — Даже не знаю, чем заняться. В черепе гудит.
— В барак, — ремонтник провёл ладонью по глазам. Спать было рано, и особенно тяжёлой работы он сегодня не выполнял, но мозг отказывался работать, и тело было тяжёлым и вялым.
Линкен включил прожектора ещё на подлёте к заводу «Вестингауза». Вдоль ограды недостроенного корпуса горели фонари, но их свет был направлен наружу; само здание тонуло во мгле. Лучи прожекторов скользнули по многоскатной крыше, по углублению — провалу высот — по которому проходила остеклённая галерея — и пересеклись со световыми пучками, бьющими с соседней крыши. Здание барака «Нова» было ярко освещено. Сигнальные огни двумя цепочками тянулись по крыше, ещё один фонарь горел у входа, и к нему вела в обход ограды расчищенная дорога — снегоуборщик уже заглядывал сюда и проложил широкую тропу. На крыше снега не было. Глайдер остановился почти мгновенно, проскользив на воздушной подушке всего полтора метра, и лёг брюхом на ребристый фрил.
— Посмотри, что с дверью, — попросил Линкен Гедимина, берясь за передний бампер и разворачивая глайдер задом к ближайшему парковочному козырьку. Ремонтник подошёл к прикрытой створке, слегка толкнул её, — дверь открылась легко, без возни с замками и кодами, как будто внутри сарматов ждали.
— Новый комендант? — усмехнулся Хольгер, поудобнее перехватывая свёрток с одеялом. — Ну, пойдём знакомиться.
Ни снаружи, ни внутри «Нова» ничем не отличалась от старых бараков, и скоро Гедимин перестал оглядываться по сторонам — ничего интересного по пути ему не попадалось. Лестница была освещена сверху донизу, но все двери закрыты. «Кроме нас, тут никто не живёт,» — быстро понял Гедимин.
— Макаки! — презрительно фыркнула Лилит. — Ещё дом не достроили, а уже заселяют.
Коридоры второго этажа были открыты — точнее, один из них, западный; двери второго были прикрыты. Гедимин, жестом попросив подождать его, заглянул внутрь и посветил фонарём. Каждый дверной проём вдоль стен был закрыт лёгкой створкой, выкрашенной под естественное дерево; все они открывались легко, в каждой на полу лежал матрас, а в углу стоял открытый пустой ящик. «Комнаты с дверями,» — сармат еле слышно хмыкнул. «Почти как у… свободных граждан Атлантиса.»
Две комнаты спустя луч фонаря провалился в черноту — здесь начинался ещё один коридор, короткий, упирающийся в круглый люк. Гедимин вспомнил галерею вдоль заводского корпуса и задумчиво кивнул. «Прямой выход. Да, так, наверное, удобнее. Завтра воспользуемся.»
— Эй! — крикнул с лестницы незнакомый голос. — Куда ты? Всё, смена кончилась!
Гедимин недовольно сощурился на дверь — незнакомый сармат едва не ослепил его лучом фонаря, направленным в лицо. Луч тут же отклонился, а потом и вовсе погас. Сармат вскинул руку в приветственном жесте. Гедимин, уже не удивляясь, поднял ладонь в ответ.
— Исследуешь? — сармат в форме коменданта едва заметно усмехнулся и протянул руку. — Оллер Ло. Ты — Гедимин Кет? Как же, знаю. Предупредили. Душ нужен? Вода есть. Новой одежды пока нет. Завтра вечером подвезут. Пищеблок тоже работает… ну, как работает? Чан поставлен. Если надо, я вам налью. А вот наверху делать нечего. На неделе там закончат, я скажу, когда будет готово.
Гедимин мигнул. «А выглядело, как нормальный барак. Похоже, «Вестингауз» никуда не торопится…»
— Ничего не надо, — сказал он. — Я пойду лягу. Во сколько подъём?
— В семь. Еда будет, — Оллер настороженно посмотрел на сарматов, не нашёл ничего подозрительного и с облегчённым вздохом направился вниз по лестнице.
На первом этаже свет горел — в западном коридоре, куда заселялись сарматы.
— Ишь ты, двери, — Лилит потянула за створку. — Хотя мне и так было неплохо. Эй, атомщик, мы снова соседи?
— Если захочешь, — кивнул Гедимин, тяжело опускаясь на матрас. «Надо закрыть дверь,» — подумал он, но шевелиться не хотелось. Он сложил в ящик комбинезон, поверх — инструменты, прихваченные в недостроенном здании цеха, мельком подумал, что «макаки» очень быстро поставят у ворот охрану — иначе очень сложно будет искать по всему городу пропавшие вещи… Пять минут спустя он обнаружил себя растянувшимся на матрасе во весь рост и подсунувшим локоть под голову. Одеяло, так и не наброшенное, валялось рядом. Дверь по-прежнему была открыта, а в проёме стояла Лилит.