— Ты смотри! — изумлённо мигнул Иджес, поворачиваясь к глайдеру. Машина подъехала к двухэтажному зданию аэропорта и остановилась недалеко от входа. На платформу вышел охранник в тяжёлом экзоскелете, за ним — второй, и между ними — едва заметный на фоне бронированных махин человек в обычной «мартышечьей» одежде. Он выбрался из-за спин «броненосцев» и остановился, вытирая лоб куском белой ткани. Иджес толкнул Гедимина в бок.
— Видел?
Тот растерянно мигнул.
— Что, опять не узнал? — Иджес криво усмехнулся. — Вот тебе твой мистер Мартинес. Только что из Пенсильвании…
Фюльбер повернулся к озеру и слегка улыбнулся, поправляя микрофон на воротнике.
— А, месье инженеры! Как вижу, всё в полном порядке. Вы оба живы и не выглядите ранеными. Признаться, я беспокоился, — нелегко было бы найти вам замену!
Гедимин ухмыльнулся и сделал несколько шагов по направлению к глайдеру. Насторожившиеся охранники развернулись к нему, поднимая «лапы», увешанные бластерами.
— Что в Пенсильвании? — спросил сармат. — Зачем тебя там держали? Проблемы с заводом или станцией?
— Ни в коем случае, мсьё Гедимин, — улыбнулся Фюльбер. — К вам и вашим соплеменникам вопросов нет. Руководство решило, что я могу вернуться к работе. Судя по доходящим отсюда новостям, мне будет чем заняться.
— А что с Ларсеном? — спросил Иджес. — Строит станцию где-то в другом месте?
— Очень сомневаюсь, — Фюльбер снова улыбнулся — едва заметно, не показывая зубов. — Им занимается федеральная полиция. А она редко ограничивается штрафами и пошлинами. Думаю, мсьё Ларсен больше не будет отвечать за безопасность чего бы то ни было. М-да… Трудно поверить, что он оказался замешан в подобных делах. На материке к нему не было никаких претензий. Проверки, проверки и ещё раз проверки, месье инженеры. Вот чем нам нужно заниматься, если мы хотим, чтобы всё работало, как надо. Не так ли, мсьё Гедимин?
Глава 46
Вдоль ограждения, окружающего новый завод на окраине Ураниума, медленно плыл по воздуху вооружённый дрон. Двое «джунгов» стояли у забора со стороны дороги, и их «головы» непрерывно вращались, сканируя окрестности. Гедимин, недовольно покосившись на них, привстал на пальцах и заглянул за забор. «СФАЛТ» не поскупился на строительные материалы — ограждение из массивных фриловых щитов, укреплённое стальной арматурой, было выше сармата на пятнадцать сантиметров, а Гедимин никогда не был малорослым.
— Тревога! — пролязгал ближайший «джунг», и турель на его плече провернулась, нацеливаясь на Гедимина. — Проходи мимо. Здесь нельзя стоять. Проходи мимо.
«Как и говорил Линкен — очень надёжно охраняемое предприятие,» — сармат шагнул в сторону, прячась от роботов за выступом стены. Он машинально осматривал соседние крыши, прикидывая, как удобнее пробраться внутрь, и уже повернулся к водостоку ближайшего дома, но вовремя одёрнул себя и пошёл дальше, к озеру. Завод «СФАЛТ» работал уже месяц; на складе можно было бы найти готовую продукцию и много полезных запчастей, но сейчас Гедимин — инженер «Вестингауза» и официально признанный атомщик — не хотел нарываться.
«— Подобающая экипировка и слаженная работа — вот и всё, что я могу сказать. Только это и помогает осваивать другие планеты. И к тому же — у моего народа большой опыт насаждения жизни в местах, малопригодных для этого,» — отвечал журналисту человек с круглым лицом и широкой улыбкой — именно так он выглядел на единственной фотографии, приложенной к статье. «Натан Кардосо, первопроходец Амальтеи» — было подписано под снимком. Натан в начале июня вернулся с третьей вахты на спутнике Юпитера, и Гедимин, присев на обломок фриловой плиты, читал его беседу с журналистом — это было самое интересное, что ему удалось найти среди новостей.
— Мистер Натан, насколько нам известно, ваш личный опыт тоже весьма богат. Амальтея — не первая планета, на которой вы работаете?
— Да, я начинал на Церере, работал в поясе астероидов. После войны был переведён на Марс. А теперь осваиваю Амальтею.
— Церера? Скажите, вам приходилось работать вместе с искусственнорождёнными? Многие из них трудились на поясе астероидов.
— Да ну! Я не такой дряхлый старик. Я попал на Цереру всего пятнадцать лет назад.