— Хорошо, господин магистр.
— Счастливого пути, Карл.
— Спасибо, господин Магистр.
Часть X. Глава 7
Оставив автомобиль на границе с зеленой зоной, Гашек направился пешком к дому цыганки. Беседа с Софией Буковски оставила в нем неприятный осадок, от которого он никак не мог избавиться. Он шёл, и ему казалось, будто что-то мрачное нависло над Городом. Что-то мрачное нависло непосредственно над ним. Ощущение какой-то дикой безысходности закралось в его мысли. Слова о луче не выходили у него из головы, они мешали трезво проанализировать рассказ Софии. Гашек надеялся на прослушивание записи. Но сейчас он ощущал необъяснимую тревогу. Он ускорил шаг, словно встреча с цыганкой могла развеять его пасмурные мысли. «Что я творю? — думал Ян. — Побывав на встрече с сумасшедшей, отправляюсь на встречу с колдуньей. Со мной что-то не так». Он взглянул на часы. «Воскресенье, день. В её колдовской лавке, наверное, час пик».
Однако ему повезло — в лавке был обеденный перерыв. Гашек обошёл дом, вошёл в подъезд и, прикинув, какая дверь из трёх ему нужна, надавил на звонок. Дверь открыла Лала.
— Привет, — весело сказал Ян. — Ты Лала?
— Да, — застенчиво ответила девушка.
— Слышал о тебе от Акиры. Меня зовут Ян, я из полиции.
— Я знаю, — также скромно произнесла Лала.
— Твоя бабушка дома?
— Дома. И Акира тоже здесь.
— Как мне везёт.
— Проходите.
— Что ты. Не нужно ко мне на «вы».
— Хорошо, — Лала улыбнулась.
Гашек зашёл. «Квартира как квартира, — думал он. — Ничего мистического. Квартира занимает два этажа: первый и подвальный, самое большое подвальное помещение отведено под магазин. Зачем я об этом думаю?»
Лала провела Гашека в гостиную комнату, где за обеденным столом седели её бабушка и Акира.
— Ян! — воскликнул Акира. — Ты какими судьбами? Хочешь пожелать мне удачи перед первым рабочим днем на новом месте?
— Здравствуйте, — Ян поздоровался с цыганкой.
Старушка кивнула.
— Лала, — сказала она, — принеси ещё тарелки.
— Нет, нет, спасибо, — начал Гашек.
— Не спорь, молодой человек. Сначала пообедаем, потом ты мне расскажешь, что тебя беспокоит.
— Хорошо, — согласился Гашек.
— Я в «Вестях» с завтрашнего дня, — похвастался Акира.
— Поздравляю, — сказал Гашек.
— Поздравлять тут не с чем, — строго заявила цыганка. — И прекратите разговоры за столом. Всему своё время.
После обеда Ян несколько успокоился.
— Пойдём со мной, — сказала цыганка. — Акира, и ты тоже.
Акира удивленно взглянул на Гашека. Тот лишь пожал плечами.
Они спустились в нижнюю комнату, лишенную окон. Цыганка предложила присесть гостям за стол. Сама она, оказавшись во главе стола, сразу же спросила Яна:
— Ты когда-нибудь испытывал такую же панику, как сейчас?
— Нет, — растерявшись, и не понимая, как цыганка смогла прочесть его мысли, ответил Ян и переглянулся с Акирой.
— Где ты сегодня был? — спросила цыганка.
— Я встречался с сестрой одного из преступников, арестованных недавно. Мне нужна была информация. Я расследую дело об убийстве.
— С ней что-то не так?
— С кем?
— С сестрой преступника?
— Да, мне кажется, она сошла с ума.
— И тебя напугали слова сумасшедшей?
— Я понимаю, нелепо звучит… В её словах было что-то такое, чего я не могу объяснить. И это меня несколько… Как бы это сказать?
— Тревожит. А тревожит потому, что ты ей поверил. Так?
— Нет, совсем нет. Как можно в такое верить?
— Как можно верить в игры Дьявола?
Гашек замер.
— В устах сумасшедших зачастую гораздо больше истины, чем в устах обычного человека. Им открыт тот мир, в который обычному человеку двери закрыты. Что она говорила о Дьяволе?
— Она говорила что-то про луч, про Дракона, про то, что этот луч коснулся её, её брата, ещё там кого-то. И так далее.
— Тебя беспокоит, коснулся ли этот луч тебя?
— Нет, не в этом дело.
— Да, дело не в луче. Можно называть это, как хочешь, но она не врала.
— Что вы имеете в виду?
— Есть множество путей открыть дверь злу. Чем больше их открыто, тем легче злу попасть в мир. Я предупреждала Акиру, но он меня не послушал.
— Я, я… — попытался начать оправдываться Акира.
— И этот самый луч коснулся его, — перебила его цыганка.
— По нему не скажешь, — заметил Гашек.
— Всему своё время. Он видится с моей внучкой. И это не к добру. Тень падёт и на неё. Так много дверей открыто, что тень падёт на весь Город.
— Это можно остановить? — несмело спросил Ян.
— Можно, но не спрашивай меня как. Если бы я знала доподлинно, тень бы давно меня сожрала. Остановить можно. Всё в ваших руках. Но, той силе должна противостоять сила соразмерная. Как это узнать, мне неведомо. Свет с принцессой. Принцессу нужно защитить, пока она не осознала себя принцессой и не начала излучать свет. Но даже ее света может быть недостаточно.
— Вы о Маргарите? — спросил Акира.
Цыганка промолчала.
— Силе принцессы нужна сила любящая, иначе её сила не сможет выбраться наружу и противостоять злу. Ей лишь на мгновение нужно ощутить любовь, любовь настоящую. Этого достаточно, чтобы принцесса ощутила силу и обрела корону.
— Я ничего не понимаю, — признался Гашек.
— Это то, чего я не смог раскопать в архивах, и чего нет в моей статье, — подсказал ему Акира.
Цыганка бросила строгий взгляд на обоих, особенно на Акиру.
— Каждый должен бороться со злом, будучи на своем месте. Эта сказка даст необходимый толчок, но лишённая недостающих ключей, она способна исказить правду и сам смысл традиции. Кроме того, она способна оказать помощь не тем силам, не той стороне силы.
— Но, это же всего лишь статья, — продолжал оправдываться Акира.
Цыганка снова промолчала.
— Что ещё говорила та женщина? — обратилась она к Гашеку.
— Что Дракону плевать на коммунистов, — наугад ответил Гашек, сам не в первый раз с момента ухода от Софии, удивившись тому, что эта фраза засела у него в голове и не даёт покоя.
— Что-то ещё, — медленно проговорила цыганка. — Что-то, ради чего ты пришёл ко мне в первую очередь. Я о вас слышала, и не думаю, что вам сильно интересно то, о чем я говорю. Ваш скептицизм способен вас погубить. Иногда стоит взглянуть на вещи под другим углом, отбросив трезвость рассудка.
На мгновение Гашеку показалось, что это сказала не цыганка. Он тряхнул головой, словно пытаясь очнуться.
— Так что же ещё? — не унималась цыганка.
— Ещё она говорила о том, кто повинен в смерти её брата, о том, кто стал карающим мечом луча Дьявола, или Дракона, я уже запутался. О том, кому она хочет отомстить за брата, хоть и считает, что брат виноват сам, а всё дело в луче. Всё, я больше не могу нести эту чушь… — не выдержал Ян.
Цыганка ухмыльнулась.
— Кого она имела в виду? Моего проклятого зятя?
— Да, — тихо ответил Ян.
— Леонардо натворил много зла. Лучу не обязательно касаться его. Порой мне думается, что он сам воплощение зла. Моя дочь… Но, в нём есть, где-то глубоко в нём есть свет. Его душа не потеряна навсегда. Моя дочь не могла полюбить зло. Наоборот, она сумела разглядеть в нём человека. Просто, просто жизнь настолько сложна, что любой человек может оказаться в том же положении, оказаться окутанным злом, причиняя зло другим, порой даже не ведая того. Он проклят, но у него есть шанс. Твоя женщина права, но она не смотрит глубоко. Она ослеплена горем.
— Вот, простите меня, конечно, — промолвил Ян, — но сейчас вы пытаетесь защитить Леонардо Манчини? Я понимаю, что он отец вашей внучки, вашей единственной…
— Ты ничего не понял, — прервала его цыганка. — Я не говорю о деяниях Леонардо, я стараюсь помочь тебе разглядеть в нём человека. Тебе будет проще разобраться, отбросив в своей работе всего лишь два цвета, и добавив к ним всю существующую палитру.
— Мне кажется, что всё как раз наоборот, — уперся Ян.