Перед глазами сплошной поток, слева и справа видны горы. Сквозь водную пелену нечетко, но видно, как река уходит между скал к морю. Маргарита сидела в пещере. «Наверное — это пещера, — думала она, — отдышусь и посмотрю назад». Сердце никак не сбавляло такт. «Каких-то десять-пятнадцать метров! — думала Рита. — Эверест сколько у нас? Почти девять тысяч? Уважаю альпинистов… Сумасшедшие. Ещё немного посижу». Дрожь прошла. «И там река течет с небес, а под рекой, там, где исток, на дне её есть ключ…» Вот река течет с небес, вот я под рекой, там, где исток. Но, надо мной ещё метров сто… Нужно определить, где тут дно. Рана уже зажила?»
Маргарита всмотрелась вглубь пещеры. Постепенно глаза стали привыкать к темноте. Рита прикоснулась к боковой стене. Та была влажная. Она прошла дальше. «Я касаюсь берега. Мне нужно дно». Рита, держась за стену, продолжила движение вглубь, надеясь наткнуться на преграду, которая и будет дном. Она сделала несколько шагов и обернулась. Ей показалось, что вход в пещеру остался уже далеко. «Тут ничего не видно. Как же я смогу рассмотреть этот ключ?» Она продолжила движение и тут же почувствовала, что поднимается вверх. Сделав ещё несколько шагов, она обернулась. Верхней части входа в пещеру видно не было. Рита развела руки в стороны и оперлась ими в стены. Она стояла в проходе. «Если это лабиринт, то мне хана. Я же не Индиана Джонс, ползать по пещерам». Выбирать не приходилось. Рита, достала из рюкзака фотоаппарат, включила режим просмотра фотографий и, используя его, как фонарик, двинулась в темноту.
Время шло. Тоннель, в котором Рита оказалась, был будто выстроен под её рост, лишь пару раз ей пришлось согнуться, чтобы не упереться в потолок. Траекторию движения представить она не могла, ясно было только одно — она всё время поднималась. Через какое-то время, — счет ему Рита уже потеряла, — впереди забрезжил свет. Она ускорила шаг и вскоре оказалась в точно такой же пещере, что была внизу. Вот только на этот раз выход был с боковой стены. Шум водопада доносился откуда-то издали, откуда-то снизу. Рита медленно подошла к краю пещеры. Сквозь толщу ниспадающей воды, которая была настолько прозрачна, что почти не загораживала вид, Рита увидела океан, реку, впадающую в него, и горы, меж которых она текла. Маргарита находилась на самой вершине горы, не так высоко, над головой плескалось озеро. За спиной, совсем рядом, за толщей камня, находился кратер давно потухшего вулкана. Рита обернулась. Взору её предстала стена, поверхность которой была настолько гладкой, что, казалось, будто скалу в этом месте отполировали.
Рита медленно подошла к стене и затаила дыхание. «Надеюсь, на этот раз это дно у самого истока реки, падающей с неба». Маргарита зажмурилась и, забыв про нож, которым собиралась освежить рану, приложила к стене ладонь правой руки. Через мгновение она почувствовала тепло. Тепло нарастало. Рита ощутила страх. Стало горячо. Рита держалась. Стало невыносимо горячо. Рита, стиснув зубы и сжав кулак левой руки, не тронулась с места и не убрала ладонь. Температура выровнялась. Рита открыла глаза. Стена нагрелась, но больше ничего не происходило. «Почему нагрелась стена? — лихорадочно думала Рита. — Я сейчас начинаю говорить, как Максим, пытаясь найти логическое объяснение. — Я, пройдя по тоннелю, могла спровоцировать… Что я могла спровоцировать? Стена начала греться — скоро проснется вулкан… Спокойно. Покончим с загадками раз и навсегда».
Рита приложила к стене вторую ладонь. Она стояла, упершись в скалу обеими руками. Ничего не происходило. Прошла минута, другая. Тишина. Стена оставалась такой же горячей, невыносимо горячей. Ладони пекло — они не могли привыкнуть к такому жару. И ничего не происходило.
— Чёрт возьми вас всех с вашими ключами! — закричала Рита. — Чёрт возьми вас всех, и Драконов, и Лебедей, и пиратов, и бандитов, и капюшонов, и все ваши кубки, Ордена, короны, титулы, всю эту чушь! Надоели вы мне! Делайте уже что-нибудь!
Ничего не происходило. Рита наклонила голову, прислонившись лбом к стене. Она почувствовала острый жар, но не отпрянула. Рита смотрела себе под ноги. Вдруг ей показалось, как будто что-то промелькнуло, потом ещё, и ещё. Она подняла голову и увидела на стене, прямо перед её глазами какое-то мельтешение, словно на экране монитора пустили прокрутку текста. Маргарита, неожиданно для себя отошла от стены. Мгновенно всё пропало.
— Чёрт! — воскликнула Рита и вернулась обратно.
Она приложила обе ладони к стене и мельтешение возобновилось. Замедлилось. Заиграли какие-то незнакомые значки, после появились буквы, после всё это стало перемешиваться и в какой-то момент превратилось в одно большое чёрное пятно, и пятно это было отчетливо видно на бесформенном куске стены, приобретшем белый цвет. Пятно постепенно начало растворятся, и по мере его исчезновения на стене стали проявляться буквы, складывающиеся в слова, слова в предложения, после они принялись уменьшаться, прыгать, крутится, исчезать, вновь появляться. У Риты закружилась голова — она не могла сосредоточиться на происходящем, она даже не могла определить, что за буквы перед ней плясали. Вдруг всё прекратилось, и она смогла разглядеть текст, буквы которого, казалось, были объемными и висели в воздухе, еле касаясь стены. Рита медленно оторвала ладони от стены. Ничего не изменилось, она отошла на шаг назад и мгновенно прочла всё, что было написано на стене, она словно охватила весь текст взглядом и прониклась им. Прочитав, она достала из рюкзака фотоаппарат и сфотографировала стену. Вспышка не напугала висячие буквы. Рита подошла к стене вплотную и, хоть каждое слово уже было отпечатано в её памяти, повторила вслух:
— На севере, где что ни день, то вьюга, где что не утро, то мороз, где ночь страшна и ледяным покровом способна облачить живую плоть, придав ей вечный образ жизни, забравши жизнь саму. Средь диких пасынков природы, во чьих владеньях эта смерть, и что готовы на любое, незримое ни небу, ни земле, жестокое и страшное деянье, лишь бы занять соседский теплый дол. Тот дол стоит далече, и облачен в покров тепла, там вечный пир, там плодородны земли, воды — на всех, на всех — хлебов и воздуха, земли и всякой живности полезной, жена у мужа, муж с женой, там дети счастливы и сыты. И пасынки и те и эти не едины, их много на земле, в морозе и тепле, в голодной смерти, в сытой неге, и все перемешались и живут в войне. Пойди туда, где холод и лишенья, чрез горную гряду, что льдами скованна и скрыта снегом. Найдешь пещеру среди гор, в пещере озеро, за ним ты выйдешь на реку, что сотворили боги, из золота она, длинна и глубока. Дойдя до края той реки, коснись её волны, и ты получишь знание о том, где можешь знание поднять, которое и приведёт тебя к тому, что ищешь. Запомни, что, прочтя и осознавши строки, ты никому не смей их передать, ведь передав, забудешь всё, что видишь, а дважды не сумеешь прочитать. Прочтя, закрой глаза, коснись меня, и ты узришь свой путь к златой реке и в край морозов.
Маргарита снова прикоснулась к стене. Та все также пылала жаром. Сделав глубокий вдох, она закрыла глаза. В это же мгновение она оказалась за пределами пещеры, она взлетела над кратером, над островом, над океаном. Задержавшись ненадолго, она с неимоверной скоростью полетела в сторону севера. Пиратский остров незаметно промелькнул под ней… Материк, реки, поля, селения, леса, горы, озера, моря… Маргарита не понимала, что она видит, но осознавала, что всё увиденное четко фиксируется в её памяти. Снега, горы, пещера, золото… Маргарита громко выдохнула, оторвав руки от стены. Одно мгновение, и она лежала перед пустой скалой. Медленно поднявшись, она подошла к стене и прикоснулась к ней ладонью. Стена была холодной. Рита встряхнулась. Она попыталась прокрутить в голове прочитанный текст, и он тут же слово в слово возник у неё перед глазами, она попыталась вспомнить свой полет, и он моментально ворвался в её воображение.