— Боюсь, я не смогу удовлетворить ваше любопытство. Давайте, сразу к делу.
— Хорошо. Слушаю вас.
— С выборами всё замечательно вне нашего с вами намеченного плана, дважды приведенного в исполнение разными способами! Вас, надо полагать, интересует, для чего это было нужно?
— Именно, — стараясь не выдавать своего напряжения, сказал Коста.
— Окунёмся в прошлое. Вам известно такое имя, Руфат Бахрамов?
— Слышал. Я как раз академию заканчивал, когда не стало Академика.
— Так вот, он был настолько масштабной личностью, что сравниться с ним не мог никто ни тогда, ни сейчас.
— Прошу прощения, перебью. Вы стремитесь к его масштабности?
— Что вы. Мне бы коснуться сотой части его славы. Но, дело не в этом.
— Хотя, перебью вас снова, — вставил Коста, — всех конкурентов вы убрали по этой причине. Быть единственным в своем роде.
— Далеко не всех, если уж на то пошло, — заметил Гуннар. — Да и не об этом я сейчас говорю. Да, я смёл большую часть конкурентов в определенном сегменте рынка, ни слова вам об этом не сказав. Но это первое взаимовыгодное сотрудничество. Ваше предложение Змею, я не очень его понял… Вы пожелали иметь своего ручного пса? Вы же знаете, кто тяжеловесы. Зачем вам понадобился Змей?
— Что же вы не предложили выйти мне на Раджу, раз строили такие планы?
— Я не строил планов, в которые входило бы полное подчинение Центра. Вы с такой интонацией произнесли имя Раджа, что уверен, вы что-то от него хотите получить. Говорите, Фернандо, нам ни к чему теперь секреты, учитывая какой секрет я хочу поведать вам.
— Какое отношение Раджа имеет к принцессе?
Гуннар не пытался скрыть удивления.
— Вы выбрали нужное направление. Но именно Раджа к принцессе не имеет ровным счетом никакого отношения. Томас Шнайдер — вот связующее звено между принцессой и Раджой. Раджа лишь исполнитель некоторых, по большей части, несуразных замыслов Шнайдера. Раз мы коснулись этой темы, то спрашивайте.
— Мы решили прикоснуться к легендам? — спросил Коста.
— Я прекрасно знаю все легенды, — спокойно произнес Гуннар. — Вы, не без моей посильной помощи, несколько опростоволосились с Санчесом по части предвыборной гонки. Сейчас вам необходимо сгладить углы в отношениях с новым премьер-министром. Я вас правильно понимаю? Могу ошибаться.
Коста промолчал.
— Что ж, этот мажор, сын нынешнего премьера, собирался короновать Жанну Роллан. Я даже знаю, как. Вам интересно послушать?
— Если не сложно?
— Шнайдер через определенных людей Ордена, а также с помощью денег и связей с Раджой договорился о подмене кубка… Вы слышали, каким образом происходит коронация? Я повторю, если упустили. Принцесса, настоящая принцесса, прикасается к историческому кубку, в результате чего тот меняет цвет на… очень красивый, бирюзовый. Не просто бирюзовый, а такой, что спутать невозможно, пусть ты подкупишь всех магистров Ордена Лебедя, что просто-напросто абсурдно. Вот таким образом принцесса становится коронованной принцессой, вступает в свои права через десять дней, кажется, и живет, как ей вздумается, в частности, назначая президентов. Очень подробно описано в газете «Время», хотя далеко не всё. Вам интересно?
— Я весь во внимании.
— Так вот, Шнайдер намерился через своего человека в Ордене подменить кубок и провести туда Жанну Роллан, предварительно надев ей на руку браслет, который при соприкосновении с фальшивым кубком заставит тот светиться неземным светом.
— А каким образом он смог подобраться к Ордену Лебедя, да ещё завербовать себе помощника? — спросил Коста.
Гуннар улыбнулся и произнес:
— Такие глупости лучше держать под контролем.
— Но, как он намеревался это осуществить? — спросил Коста.
— Резонный вопрос. Ответ прост. Он дурак! Никак у него это не получилось бы, даже если бы он уговорил Роллан. Но и это ещё не всё. По легенде, принцесса, выбравшая себе рыцаря, может выйти за него замуж и объявить себя правителями Города. Это как раз и есть конечная цель Шнайдера.
— Это комедия.
— Я не выдумываю. К тому же вам, директору такого ведомства, полагается знать такие вещи, пусть вероятность их осуществления крайне мала.
— Принято. Так если тот человек из Ордена знал, что у Шнайдера ничего не получится, зачем он это делал? Вот тут я…
— Элементарно, господин директор. Человек из Ордена был давно завербован мной. И как раз для подобных случаев.
— И что вы собирались делать?
— Эти манипуляции не стоили мне никакого труда. Я их держал в качестве запасных вариантов. Кстати, чтобы рыцарю стал рыцарем, ему также нужно прикоснуться к соответствующему кубку, каким-то волшебным образом связанному с кубком принцессы. Журналист, писавший для газеты «Время» все чуть не испортил. Он всё это раскопал в каком-то архиве и намеревался продолжить эпопею. При желании, можно ещё много чего раскопать. Благо, мой человек был с ним в контакте и контролировал его. Не факт, что новые сведения могли что-то изменить.
— Да?
— Это хорошо, что вы реагируете на мой рассказ, а то мне показалось, что вы начинаете засыпать.
— Что вы. Так для чего вы держали этого кролика в шляпе?
— Вы о Шнайдере? Очень просто. Я прекрасно понимал, что Жанна Роллан никогда не поведется на подобную авантюру. А Шнайдер с волками Раджи и прочими официальными возможностями сумел осуществить ряд неприглядных мероприятий.
— Постойте, — словно очнувшись, сказал Коста. — Кража настоящей принцессы это ваших рук дело?
— Не без моего участия.
— Но и мы следили и за Маргаритой Титовой, и за парнем этим.
— Я выждал, когда ваш интерес остынет, а потом дал указание, чтобы похищение произошло и не осталось незамеченным.
— Смысл?
— Хотелось привлечь как можно больше внимания — я не знал о планируемой статье в прессе, и внимании Ордена и общественности, и, вообще, я хотел, чтобы подозрение пало на Максима Волкова. Не сразу, но при определенных подсказках. Кроме того, я… не исключаю его участия.
— Что вы имеете в виду?
— А вот это то, что неподвластно обычному объяснению. Давайте, я вам про коридор, про энергию и прочие не слишком земные вещи, рассказывать не буду. Мы всё дальше удаляемся от цели нашей встречи. Итак, Шнайдер. Я уже его не использую, но дарю вам этот шанс. Сейчас этот чудак собрался короновать бывшую шлюху Каца. Мой вам совет, подойдите деликатно к Фридриху Шнайдеру и сообщите о том, что собрался вытворить его сынок. Агентурную сеть, посредством чего вам стало это известно, он пробивать не станет. Вы же не откроете меня. Верно?
— То, что вы мне рассказали, включая ход со Шнайдером, мне уже известно.
Гуннар на некоторое время замолчал.
— Думаю, за десять минут я смогу вычислить, откуда вам это известно. Вероятно, кто-то из ваших подчиненных в ходе расследования вышел на этот след. Знаете, в ходе общего процесса объявилось достаточно людей, чья информационная база пополнилась лишним грузом. Давайте позже вернемся к этому вопросу и решим, что с ними делать. А пока о нас.
— А вы серьезно рассчитываете на дальнейшее взаимное сотрудничество? Я говорю о себе и моем ведомстве.
— Порой следует отделять себя от ведомства. Вернемся к Томасу Шнайдеру. Посоветуйте Фридриху Шнайдеру не выносить всю эту чушь за текущие пределы. И в первую очередь, сделайте так, чтобы об этом не узнал совет Ордена. Пусть Томас станет Городским героем. Это будет легко, если не объяснять Ордену, что к чему и как всё было. А объяснять им, право, не стоит.
— Почему?
— Господин директор, их ведомство может потягаться с МГБ по части влияния и могущества. Поверьте. Итак, о Томасе и его героизме. Предложите премьер-министру уговорить Томаса короновать настоящую принцессу.
Коста не стал скрывать удивления.
— Вы сможете доставить настоящую принцессу? — спросил он.
— Она вскоре сама должна появиться.
— Как вы можете быть в этом уверены?
— Давайте сейчас не будем об этом.
— А махинация с кубком, а все эти нелепые вещи, а человек из Ордена?