— Успокойся, детка, — мягко сказал Ковентри. — Не надо так волноваться по пустякам. Техас тут не причём. Всё дело в том, что нью-йоркская мафия совсем распоясалась: пора честным гражданам призвать мерзавцев к порядку. Мы хотим напомнить мафии: их дни сочтены. Это пока только первый шаг.
— Вы хотите сказать, что за этим и приехали в Нью-Йорк? — осведомился я.
— Господи, Харви, конечно, нет. У нас самые разные дела и интересы в Нью-Йорке, но когда мафия начала протягивать свои щупальца к этому отелю и пожелала его купить, я забеспокоился. У нас и раньше бывали недоразумения с мафией. Им невдомёк, что мы владеем этой хижиной. Видишь ли, им нравится местоположение. Я наставил в номерах «жучков». Конечно, я не прослушивал все разговоры, боже упаси, но дама Фортуна нам улыбнулась, и я узнал, что они замыслили внедрить сюда какого-то поддельного графа и женить его на настоящей американке, да ещё из Техаса. Разве это джентльменский поступок, скажи мне, Харви?
— Нет, конечно, — уверил его я.
— Он-то был истинным джентльменом, каким вам не быть никогда, — подала голос Синтия, вытирая глаза кружевным платочком. Теперь я мог получше её разглядеть. Надо сказать, она была запоминающейся наружностью — рыжая и, по-своему, очень даже привлекательная: длиннолицая, длинноногая.
— Он может позволить себе любезничать с вами, — пояснила мне Синтия. — Только я видела, как этот крысёнок убил бедного графа.
Малыш Билли только ухмыльнулся.
— Поэтому, если кого ему и придётся убрать, так это меня. И если вы думаете, что я хоть минуту радовалась тому, что у меня богач отец, мистер…
— Крим, — подсказал я, — но можете звать меня Харви.
— Ах, ах, зовите меня Харви, — передразнила меня шёпотом Люсиль.
— Господи, что вы так волнуетесь, мисси, — сказал толстяк. — Билли уже выполнил обязательства по девятнадцати контрактам. Как говорится, всё равно, за что висеть на виселице — что за овцу, что за корову. Ты со мной не согласен, сынок? — спросил он Билли.
Билли снова ухмыльнулся. Он изучал обивку кресла и ковырял её ногтем.
— Знаете что, мистер Ковентри, — вдруг сказал он.
— А мне нравится это кресло. Нельзя ли отправить его ко мне в Техас?
— Почему нельзя, Билли, можно.
Толстяк улыбнулся, а за ним и остальные. Они явно любили своего талантливого юнца.
— Знаете, что ещё бы мне хотелось, мистер Ковентри? — спросил то.
— Ну чего, Билли?
— Ещё мне хотелось бы разложить на диване эту длинноногую рыжую стерву и как следует её оттрахать.
— И это, наверное, можно устроить.
— Только через мой труп, — сказала Синтия.
— Поживём, увидим. Я уже говорил, что у меня нет намерений ликвидировать кого-нибудь из вас, а ты начинаешь дерзить. Я не люблю дерзких девчонок. Советую обратить внимание на слова Билли. Он парень уважительный…
— Послушайте, мистер Ковентри, — принял я его намёк к сведению. — Не могу выразить, какое облегчение доставляет мне ваше философское отношение к происходящему. Поскольку вы знаете обо мне всё, нет смысла пытаться ввести вас в заблуждение. У меня есть одна-единственная цель — доставить Синтию Брендон домой целой и невредимой.
— Я так и думал, Харви. Девица крепко застрахована, да?
— Застрахована, — согласился я. — Но вы же знаете, что такое страховые компании, мистер Ковентри. Они ни за что не станут платить страховку, если только найдут какую-то зацепку.
— Ну конечно, Харви. Кстати, у меня у самого есть маленькая страховая компания в Далласе. Но, Харви, ты уж говори дело, дружок. Не хочешь же ты сказать, что я так просто возьму и выпущу вас троих.
— Именно это я, вообще-то, и имел в виду.
— Харви!
— Ну, конечно, мы могли бы дать вам слово…
— Харви!!
— Чёрт возьми, что же вы тогда хотите с нами сделать?
Некоторое время толстяк пребывал в размышлениях, потом сказал:
— Начнём с начала, Харви. Как говорится, рука руку моет. У тебя свои интересы, у меня свои. Помоги мне, и я помогу тебе. Ты хочешь заполучить Синтию. Ну, а я хочу кое-что взамен. Да, да.
— Если у вас есть деловое предложение, я готов его выслушать.
Обе женщины уставились на меня. Мне стало интересно, что они подумали, но догадок у меня не было. Люсиль посмотрела на меня, потом на Ковентри, потом опять на меня, потом обвела взглядом комнату, украшенную техасскими бандитами. Синтия смотрела только на меня. Я поглядел на Ковентри, а затем на Малыша Билли, который свернулся клубочком в кресле, словно большая кошка. Кобура с пистолетом выпирала из-под его пиджака.