— Волна! — раздался заполошный крик.
— Глушить генераторы! — скомандовала я, у кого там нервы такие слабые? Успели, трухнуло, но механики доложили, что генераторы в норме. Когда мы запустились вновь, я подошла к источнику крика — двум молодым инженерам и нависла над ними.
— Виноват, леди главнокомандующая, — отозвался один.
— Впредь контролируйте эмоции.
— Слушаюсь!
Чем дольше я глядела на станцию, тем сильнее меня одолевало чувство, что нас заманивают в ловушку. На станции не проявился ни один энергетический узел, а они должны быть. Хоть один генератор для света, вентиляции и обогрева должен же быть, если предположить, что генераторы погрузчиков заглушены…
— Всем остановиться, — скомандовала я. Пока не разберусь, что меня гложет, я туда не сунусь. — Выслать все виды сканеров.
Пока сканеры долетели до станции, прошло около получаса, они принялись кружить вокруг нее, собирая информацию, — ничего.
— Леди, позвольте напомнить вам, что мы теряем время, — это Ташин-Джонс набрался наглости меня поторопить.
— Да, мы теряем время, потому что я не хочу потерять наши жизни. Объясните мне, Ташин-Джонс, почему мы не видим ни одного генератора?
— Потому что они все заглушены.
— И на станции нет людей? Им не нужно жизнеобеспечение?
Ташин-Джонс задумался.
— Одно из двух: либо она пуста, как мелкий астероид, либо генераторы работают в режиме зарядки… — задумчиво сказала я.
— Вы думаете, у них есть дезинтегратор? — удивился мой собеседник.
— Ну, нашлась же у них «свирель», — огрызнулась я.
— «Свирель» не такое редкое оружие, как дезинтегратор, их всего меньше сотни во вселенной, и хозяева каждого известны… — осторожно заметил Ташин-Джонс.
Да, пираты летают на переделанных гражданских судах. Исходя из этого, можно подумать, что они — никуда негодный сброд, не способный на какие-либо тактические действия. Однако только что прошедший бой показал, что пираты — грамотные бойцы, которых нельзя недооценивать. Неужели такое мнение сложилось только у меня? Да, дезинтегратор — крайне дорогое и редкое оружие, но я не вижу ничего, что бы гарантировало его отсутствие у пиратов, а значит, допускаю, что он у них есть.
Дурацкая ситуация… Ни туда и ни сюда.
— Три четверки «дельфинов», сменить ракеты на тяжелые.
— На старт.
— Пошли.
— Они не смогут вернуться… — отозвался один из «нянек».
— Я знаю. Когда выпустят ракеты, пусть залетают за станцию, а потом в стороны и ждут.
Дала точки поражения станции «нянькам». Опять ждем. Очень хочется послать еще «дельфинов», чтобы сэкономить время, но в данном случае лучше медленно, но верно. Я дала наводки на предполагаемые лайфстаф-узлы и места, где могла быть пушка, но если я ошиблась в точках, то мы не вынудим пиратов проявить себя, и придется посылать еще отряд. Ждем.
Первая атака, ракеты ложатся в цель, но ожидаемого выброса не последовало, просчет. Станция огрызается чем-то маломощным, «дельфины» уворачиваются. Следующий заход, вот тут видео показывает растущее облачко — есть попадание в лайфстаф-коммуникации. На голокубе станция все так же не жива. Еще атака и еще, после последней — опять облачко, «дельфины» отстрелялись, станция молчит.
— Три четверки «дельфинов», сменить ракеты на тяжелые, — говорю я почти механическим голосом.
— Леди, у них может быть роботизированная защита, — Ташин-Джонс не унимается.
— Ташин-Джонс, помолчите.
— «Дельфины» — на старт.
— Пошли.
Ждем.
Подлетают.
— Обесточить все, кроме жизнеобеспечения и медотсеков. Обесточить все пульты «нянек», кроме рабочих, оставить голокуб и один экран.
Что-то слабо шевелятся.
— Выполнять! — гаркнула я. Мы погрузились в полутьму.
Прошло две атаки, когда вдруг проявилась красная точка на станции, никогда бы не подумала, что пушку можно поставить там, и…
Мы погрузились во тьму. Полную. И тишину. Удар сердца, второй, третий.
Тускло зажглись лампы, все дружно выдохнули. Если бы были ближе, нас бы ничего не спасло. К своему стыду я так и не смогла понять принцип работы дезинтеграторной пушки и «ключа», знаю одно: от «дельфинов», которые были между нами и станцией, остались лишь облака, а нас спасло расстояние и «загашенность», ведь были случаи, когда пушками доставали движущиеся корабли и на куда больших расстояниях.
— Доложите о повреждениях, — как минимум, все заряженные аккумуляторы вышли из строя, чем это может нам грозить…
— Ничего жизненно важного, кроме регенераторов, — они вышли из строя.
— Постарайтесь…
— Волна!
— Глушить генераторы! — на автомате отозвалась я.
— Они еще не включены.
— Замечательно, но если вы не среагировали на команду…
— Виноват.
— Так вот, постарайтесь переподключить регенераторы напрямую в сеть корабля.
— Есть.
Как по-дурацки себя чувствуешь, отдавая такие команды, наверняка бы сделали это и без приказа. Но не дашь такого распоряжения, скажут — невнимательна, безынициативна. Так, пришла пора опять медитировать, лишние мысли в голову лезут.
— Полный вперед!
Мы подобрали отстрелявших «дельфинов» и добили уже беззубую станцию.
Запустили сканеры на обнаружение омниа-руды и нашли, только не руду, а омниа. Ничего себе, значит, у них где-то есть плавильное производство, теперь ясно, почему тропезцы не могли вычислить, куда девается украденная у них руда: сбывался уже сам металл. И как его теперь забрать, мы все не утащим… Поисковые группы обнаружили еще склады платины, золота и агау в промышленных слитках. Еще склад со всякой всячиной — от медикаментов до драгоценностей и антиквариата.
Очередной отчет на Синто. Организовала работы по погрузке металлов, скоро должны прийти три наших транспортника, но это не повод не использовать освободившееся от «дельфинов» место. В течение трех часов были запущенны погрузчики станции, и работа закипела.
Все это веселье через пять часов было прервано.
Тропезский флот ввалился через те же «врата» что и мы, и вышел на связь. «Не успели», — мелькнула мысль.
Настроила визор так, чтобы было видно только мое лицо, и включила видеосвязь. М-да, суровая физиономия во весь экран, вояка, наверняка не глупый, но ВОЯКА.
— Синто, вы обвиняетесь в несоблюдении договора, в отстранении от командования и изоляции полковника Грево и троих офицеров. Это измена, — закончил он на повышенных тонах.
Спокойствие, только спокойствие.
— В свою очередь мы обвиняем Тропез в попытке заражения экипажа чумой-тетта. Вы ведь знали, что Грево больна, и все равно послали ее к нам, — негромко и спокойно ответила я.
— Ложь!
Я успела пообщаться с Грево, и по всему выходило, что заразилась она именно в своем министерстве, на последнем инструктаже. Но теперь это неважно.
— Чего вы хотите? — спокойно, даже светски поинтересовалась я. Все это время я в слепую набирала пароль активации пушки, кляня нашу чрезмерную подозрительность. Пушка в руках Китлингов, пароль у меня, баланс соблюден. Судьба, не дай мне ошибиться. Отослала. Мой разговор с тропезцем транслировался на всех наших кораблях, надеюсь, Китлинги поймут, что надо сделать.
Вояка не ожидал от меня такой сговорчивости и насторожился.
— Мы хотим покинуть этот сектор без потерь, — добавила я.
Он на секунду задумался.
— Я отвечу через несколько минут, а вы расширьте обзор и оставайтесь на связи! И заглушите генераторы, любое шевеление с вашей стороны — и мы атакуем дезинтегратором. Вам ясно?
— Ясно.
Что ж, и тропезцы сняли со своей орбитальной крепости дезинтегратор, не одни мы такие умные. Я подчинилась, появилась возможность посмотреть, правильно ли напечатала. Правильно. Китлинг-Бялко в это время списывался с нашим прикрывающим Техно-1, он был заглушен, и тропезцы решили, что он поврежден или разбит. Так думать они будут до тех пор, пока не получат визуальную картинку целого корабля, и тогда он быстро перестанет быть целым.
— Они не в фокусе, — прошептал Бялко беззвучно, — тропезцы не остановились возле «врат», а сразу двинулись к нам и проскочили зону поражения. Кораблю надо развернуться.