Большинство из них проходит без всякой помпы, народных гуляний и обильных возлияний, с которыми у многих прежде всего ассоциируется слово мацури. В этих строгих и торжественных ритуалах, сопровождаемых речитативом древних норито, принимают участие только профессиональные служители культа, да еще наиболее почитаемые по возрасту или по заслугам своим члены общины. Тем, кто хочет познакомиться с ними в подробностях, я рекомендую обратиться к очень обстоятельной книге «Норито. Сэммё» Л. М. Ермаковой.
Другим типом таких храмовых служений являются требы, проводимые по просьбе частных лиц в связи с рождением ребенка, свадьбой или достижением критического возраста (якудоси), когда, как считают, резко возрастает опасность возникновения всяческих неприятностей и недомоганий. Для женщин таковым считается возраст 29 и 33 года, а для мужчин — 25 и 42. Неформальных поводов тоже может быть множество.
Кроме общенационального цикла ритуалов практически у всех святилищ есть свои особые даты, связанные либо с самим почитаемым ками, либо с каким-то важным событием в прошлом. Если прославляемый ками был при жизни реальным историческим лицом, то широко отмечаемым событием будет его день рождения. Менее приятным, но не менее значимым поводом для празднества могут служить неурожай или эпидемия, случившиеся давным-давно и побежденные с помощью ками. С тех пор на протяжении веков эти события регулярно отмечаются, являясь для жителей местной общины куда более важными, нежели общенациональный цикл. Например, празднество Вакамия, проводимое в знаменитом святилище Касуга, которое находится в древней Нара, берет свое начало от ритуала, проведенного для избавления от страшного голода, разразившегося в 1136 г. и преодоленного экстраординарными ритуальными способами вызывания дождя и восстановления плодородия земли. С тех пор это событие регулярно отмечается празднеством. А празднество святилища Фудзи Хатиман в городе Тагава, проводимое ежегодно 16 и 17 мая, посвящено победе над чумой, разразившейся там в XVI в.
Однако такая точная датировка да и вообще память о событии, по причине которого проводятся такие местные мацури, сравнимые с христианскими храмовыми праздниками, является скорее исключением, нежели правилом. Происхождение многих мацури неясно и по сей день и вряд ли когда будет установлено из-за отсутствия всяческих документов и достоверных свидетельств.
Тем не менее это не является помехой для широкого празднования таких прошлых, пусть и неведомых, но наверняка заслуживающих внимания событий. В отличие от мацури — храмового служения с ограниченным числом участников, в мацури — празднестве принимают участие все члены общины, находящейся под покровительством ками, и именно эти торжества сопровождаются всем набором традиционных процессий и увеселений, которые и ассоциируются с «настоящим» мацури.
В принципе это очень напоминает ситуацию с хорошо знакомыми нам христианскими праздниками, среди которых одни сопровождаются еще и народными гуляньями и забавами, а в другие проходит только особо торжественная служба.
Как повседневное, так и праздничное служение и почитание ками начинается с очищения (хараэ). Как мы уже говорили, чем важнее предстоящий ритуал, тем большая степень чистоты требуется для принимающих участие в нем. Поэтому даже рядовым участникам «большого» мацури уже не обойтись упрощенным обрядом омовения (мисоги) или очищения (хараэ). Например, участники проходящего в феврале празднества священных факелов Ото-мацури должны с утра совершить омовение в море, а потом целый день есть только пищу белого цвета и носить белую одежду, что является своеобразным упрощенным вариантом ритуала воздержания (ими).
Особенно тщательно все эти процедуры очищения соблюдаются там, где сохранились наиболее древние формы мацури, когда ками «спускают» в человека, который на время праздника становится «телом божества». В наибольшем количестве такие архаичные мацури сохранились на Окинаве. Например, во время мацури Ундзами и Идайхо ками снисходят на выбранную в качестве медиумов группу женщин, которые в течение нескольких недель живут отдельно от других в специальной хижине, находящейся за пределами поселения. Это один из примеров самого долгого очищающего уединения. В других местностях это уединение (комори) длится всего одну ночь, но распространяется на всех членов общины.