Реальность уже не имела значения. Там была безысходность каменных стен без доступа света. Тут же он почти все мог получить. Он перестал заниматься физической подготовкой, стал пропускать приемы пищи, иногда по несколько дней подряд, хотя еду все равно приносили по строгому порядку. Фрей худел и слабел. Передвигаться стало затруднительно. Он чувствовал себя стариком. Но его собственный мир продолжал манить и удовлетворять его потребности. Кроме одной – общения. Полноценное общение было ему недоступно. Болванчики, которых он создавал, не были людьми со своим характером, мыслями и поведением. С ними было еще более одиноко, чем без них.
Глава 5
Г лава 5. Интерлюдия № 1
Мужчину побеспокоил стук в дверь. Он поморщился. Хоть он и ждал гостей, но отвлекаться от написания письма в самой его середине не хотелось – только-только получилось поймать мысль за хвост. Ничего не поделаешь, этого посетителя придется принять вовремя. Да и пора было на сегодня заканчивать с документами. На улице смеркалось, а портить глаза при горящей на столе свечи в его возрасте не стоило.
– Войдите, – негромко сказал хозяин кабинета. Его услышали.
– Приношу свои извинения. К вам… – начал говорить дворецкий после того, как вошел в помещение, но был оборван в середине фразы.
– Впусти, – коротко бросил мужчина.
Дворецкий поклонился и отошел в сторону. В кабинет вошел гость. Его внешний вид был полон противоречий. Одет он был с изяществом, но чувствовалось, что носить такую одежду он не привык. Длинные волосы были собраны сзади в хвост по последней моде, но выражение лица даже близко не подходило аристократу. Черная лакированная трость в его руке добавляла солидности, а вот набалдашник в виде черепа был явно неуместен. Вошедший кивнул прислуге и, опираясь на трость, прохромал к креслу напротив письменного стола. Сел. Хозяин кабинета откинулся на спинку сидения и скрестил пальцы перед собой, ожидая, когда его человек наполнит бокал гостя вином и удалится.
– Какая милая у тебя трость, – дождавшись, когда они останутся вдвоем, произнес хозяин и добавил, ухмыльнувшись: – Очень символично.
Гость поморщился. Взял бокал с вином и залпом его осушил. Пустой бокал не глядя поставил обратно на столик и облокотился обеими руками на свою трость, вперив взгляд в человека напротив.
– Неплохо устроился, Блаас, – сказал посетитель. Голос у него был неприятный, раздраженный.
– Это так, – кивнул Синий магистр, ни капли не смущаясь. – Но и рискую я больше остальных. Зачем пришел, Гинс?
– У нас сложности. По поводу тебя начали возникать неудобные вопросы. Придворным не по душе… твое влияние. Пока ограничиваются пересудами между собой и своими родственниками. Это может стать проблемой, – отчеканил Гинс, продолжая сверлить взглядом собеседника.
– Пфф, нашел проблему. Разберись с этим, – махнул рукой Блаас.
– Не смей со мной разговаривать, как с мальчиком на побегушках, Синий, – прошипел Белый, сразу обозлившись.
– В чем твоя проблема? – невозмутимо и серьезно спросил хозяин кабинета.
Белый маг пожевал губами перед тем, как ответить.
– Я не собираюсь подставлять под удар своих людей, убирая неугодных, – уже спокойно произнес Белый. Однако теперь вспыхнул недовольством Блаас.
– Ты не будешь подставлять под удар своих людей, Гинс? – спокойно, но с прорывающимися нотками ярости переспросил он. – Тебе напомнить, что мы делаем общее дело? И что ради этого дела мой ученик который год сидит в застенках?! Из-за тебя! Потому что именно тебе из-за твоей глупой мести взбрело в голову поставить такое условие перед Советом моего клана!
– Но не девка, – парировал Белый. Недовольство собеседника его никак не потревожило.
– Еще бы и она! О ней вообще забудь. Хватит тебе и одного. Тут мне хотя бы понятны твои мотивы. – Блаас мотнул головой в сторону трости.
Гинс с силой сжал свои руки на верхней части трости, но промолчал. На какое-то время воцарилась тишина.