А Сиань Цо вздохнула:
– Я люблю вас, мой господин – поверьте, это так. Но я ни с кем не хочу делить своего мужа. Жена должна быть одна! Я не буду четвёртой!
Девушка произнесла это таким тоном, каким обычно разговаривала с нерадивыми рабочими, и Баурджин понял – эта как решила, так и поступит. Сказала – не будет четвёртой, значит – не будет.
И всё ж таки жаль.
– У входа в шатёр давно уже ошивается ваш секретарь, господин, – вдруг улыбнулась Сиань. – Наверное, хочет сказать что-то важное.
– Да и мне нужно отдать ему несколько распоряжений, пока не забыл… Впрочем…
Погладив девушку по плечам, Баурджин снова поцеловал её в губы и тихонько прошептал:
– А, может быть, он ещё немного подождёт?
– Конечно, подождёт, господин! Куда ему деться?
И снова сплелись тела в томной любовной неге, и Баурджин с жаром целовал нежные уста, ласкал шелковистую кожу, но знал уже – эта девушка никогда не станет его женой. Потому что так решила.
Что ж – не всё в этом мире подчиняется желаниям императора!