— Тимур, прекрати. Ты не имеешь права… — я постаралось увернуться.
— Не имею права на то, чтобы позволить тебе совершить очередную глупость, — он коснулся моего лица и заставил посмотреть на него. — Марго, я скучаю по тебе… — голос резко стал другим, нежным и каким-то потерянным.
— Не надо. Пожалуйста… Я уже все забыла.
— А я нет. И я боюсь за тебя, — Тимур смотрел прямо в мои глаза, и я видела, как отражаюсь в них. Хотелось спастись, убежать, но сил хватило только на то, чтобы зажмуриться. — Малыш, твоя очередная затея очень опасна. Ты не знаешь, под кого копаешь…
— Ну, так просвети меня! За информацию в долгу не останусь, — я знала, что не стоит говорить с ним так, но по-другому защитить себя не могла.
— Дура! Хоть раз в жизни послушай меня!
— Тим, что ты хочешь? Ты приехал убедиться в порядке ли я? Я в порядке, в полном порядке. Прости, но мне срочно нужно на работу, — попыталась сделать шаг в сторону, и он не стал мне мешать. Я быстро подошла к своей машине и, открыв ее, села. Тимур не делал никаких попыток остановить меня. Он молча смотрел вслед отъезжающему автомобилю.
Я выехала на дорогу, но ничего не видела перед собой. Мутная душившая пелена слез стояла перед глазами: «Какого черта, Тимур?! Зачем, зачем ты снова появился?! Ты все эти годы, Марго, убеждала себя, что все в прошлом, что ты смогла… сумела… Думала, у тебя получилось…. Ни черта у тебя, Марго, не получилось! Тебе так же больно, как и в первый день. Боль никуда не ушла, никуда не делась. Она просто ждала удобного момента, чтобы дать знать о себе. И сейчас намного больнее, чем тогда потому, что раньше ты думала, что справишься, а теперь знаешь, что нет. Один — ноль, Марго… Один — ноль… И счет не в твою пользу».
***
— Не сегодня, детка. Прости, но у меня важные дела, — Артур небрежно стряхнул со своего плеча худощавую девицу, которая продолжала цепляться за него, подобно назойливому клещу.
— Ну, Артурчик, малыш… Почему ты сегодня такой бяка! — она кривлялась, пытаясь изобразить обиженного капризного ребенка. Только выходило у нее это не ахти как.
— Вот. Держи, — Артур протянул девице пару крупных купюр. — Закажи подругам и себе что-нибудь. Я угощаю.
— Ты просто прелесть! — она смачно поцеловала его в щеку. Хоть Артур и старался отстраниться от барышни, у него это плохо получилось, и ее губы все же достигли своей цели. — Но я все равно на тебя обижена… Ты обещал вечер мне!
— Детка, тебе не составит особого труда заменить меня кем-то этим вечером, — он оглядел большой зал ночного клуба и подбородком указал девушке в направлении столика, за которым сидели несколько мужчин. — Любой из них будет счастлив быть с тобой этой ночью.
— Но все равно не то! Я хочу, чтобы это был ты, — девица снова начала дуться. Ее взгляд был похож на взгляд обиженной буренки.
— У меня сегодня только дела. Сама понимаешь… Бизнес.
Барышня продолжала ломаться. Она кокетливо улыбалась, ее томный взгляд, по крайне мере она так считала, недвусмысленно бродил по телу Артура. Все резко поменялось в считанные секунды. Девушка перестала кривляться, в глазах мелькнул страх. Она резко подскочила со своего места и, даже не попрощавшись, поспешила удалиться вглубь зала.
Артур немного растерялся от такой быстрой смены настроения, но все понял, как только увидел направляющегося к его столу Макса.
— Надеюсь, ты не с пустыми руками? — Артур смотрел на Макса снизу вверх, когда тот подошел вплотную.
Макс взял со стола стакан с непонятным напитком и опустошил его. Он посмотрел на Артура. В ночном освещении клуба его взгляд был похож на волчий. Огни неоновых ламп отражались в пустынной черноте злых глаз.
— Ты нашел Алика?
— Алик мертв, — Макс продолжал стоять, подобно каменному изваянию. Он ни разу не моргнул, и даже дыхание было незаметным.
— Твою мать! — Артур вскочил и схватил Макса за грудки. — Ты же говорил, что все под контролем! — только благодаря громкой музыке рык Артура не привлек внимание посетителей клуба. Макс не сопротивлялся, позволяя трясти себя, словно манекен. — Как это случилось? Когда? — Артур больше не кричал, он сквозь зубы проговаривал слова. При этом его лицо было похоже на маску злого античного бога.
— Ребята днем нашли на хате. По-видимому, ночью повесили.
— Подожди… Он повесился? С чего ты решил, что его убили? Может он сам…
— Ага, сейчас! Хрен, Алик сам повесился бы. Он трусил все время. И потом, мы говорили вчера. Он сказал, что догадался, кто может стоять за аферой с товаром. Мы вечером должны были встретиться…