— И что?
— А то, что я тебя с твоей журналисточкой прикрывал!
— Полегче. Ты особо не борзей и за базаром своим следи. И вообще, какого черта ты взъелся на Марго?
— А у меня по этому поводу тоже, кстати, новости для тебя имеются.
— Что за новость?
— Твоя Маргарита слила тебя прессе. Вот. Читай, — он грубо швырнул в Артура свернутой газетой.
Артур поймал газету практически на лету и, развернув ее, долго не мог понять, о чем тот толкует. Но пробежав по страницам глазами несколько раз, все-таки нашел то, о чем Макс говорил.
— Дьявол! Я же просил ее… — чувства от прочитанного четко отразились на его лице.
Мужчина устало опустился в мягкое кресло клуба и раздраженно бросил газету перед собой.
— Она журналист. Глупо было полагать, что твоя просьба будет услышана. — Макс устроился рядом. — Но это еще не все. Я навел о ней справки. Она жена Боксера.
— Что значит, жена?
— Говорят, они в разводе. Но зная, кто такой Боксер, я не был бы уверен, что их отношения в прошлом. Так что, у нас еще одна проблема. Черт! Как будто нам мало Самира с Тайгой. Еще с Боксером разбирайся!
— Расслабься, Макс. Боксер — не твоя забота, — Артур закурил сигарету. Его взгляд стал задумчивым, направленным прямо перед собой. — Значит, жена говоришь… Это интересно, — хоть и обращался он к Максу, но голос был отстраненным, а взгляд все еще устремлен в никуда.
— Не понимаю я тебя. От этой бабы одни неприятности.
— Макс, напоминаю на случай, если ты забыл… — Артур приблизился вплотную, его указательный палец уперся в грудь помощнику. — Ты ищешь тех ублюдков, что развели тебя, как пацана зеленого. И бабки мои, которые все еще у них. А Марго — не твоя проблема.
— Связываться с Тимуром — не очень хорошая идея… — Макс старался говорить спокойно, но в злых глазах чувствовалась ярость, искавшая выхода.
— Я учту твой совет. Кстати, что за прозвище такое — Боксер?
— А он и есть боксер. Профессиональный. В ранней молодости в боях без правил участвовал.
— Ну, и как? Удачно?
— Я бы не рискнул с ним отношения выяснять.
— Значит, сильный говоришь…
— И неглупый.
— Но баба все равно от него ушла.
— Тимур тот, от кого уходят только ногами вперед.
— Забавно… Давно хотел познакомиться с этим парнем поближе, но все как-то случая не было. Что ж, думаю, теперь у меня есть повод, пообщаться с этим боксером.
— Да на хрена тебе все это?! — Макс начинал терять контроль над своим состоянием.
— Макс, а не засиделся ли ты? — тон выдавал раздражение и недовольство. — Время идет, и мне не нравиться, что оно работает не на нас…
— Короче, я тебя предупредил! — Макс поднялся, но уходить не торопился. Он продолжал стоять, возвышаясь над Артуром. — Эта рыжая девчонка еще потреплет твои нервы, — затем, развернувшись, направился к выходу. Артур смотрел вслед уходящему парню, а в голове была лишь одна мысль. Марго. Он достал из кармана маленький женский телефон и, улыбнувшись хищной улыбкой, тихо произнес.
— Ну, что ж… Повод для встречи есть…
***
Весеннее солнце, подразнившее пару дней назад яркими лучами, будто навсегда исчезло, и казалось, что долгожданное тепло уже никогда не наступит. Я сидела в своей машине, застрявшей в вечерней пробке нашего небольшого, но очень оживленного города, и понимала, что при скорости десять километров в час домой доберусь не скоро. А так хотелось выпить горячего чая, надеть свою любимую розовую пижаму и забыть обо всем и всех хоть на пару часов. После разговора с редактором накануне, а точнее после его гневной тирады, которую я героически выслушала, и стерпела все обвинения в свой адрес, нашей с Радой поездке, скорее всего, не быть. Жаль, подруга расстроится. Перед глазами сразу возник уже знакомый экзотический пейзаж. Сильный автомобильный сигнал вывел из размышлений, я слегка нажала на газ, и машина сделала еще пару метров. За окном совсем стемнело. Настроила радио в поисках чего-нибудь жизнеутверждающего, но, видимо, погода и в выборе музыки на радиостанции внесла свои коррективы. Вчерашний рабочий день снова всплыл в памяти. Лицо главного, покрытое красными пятнами, четко стояло перед глазами, а его голос ясно раздавался в голове.
— Не думал, что так разочаруюсь в тебе, Маргарита… Мне казалось, ты относишься к работе серьезнее, чем все остальные. А что получилось на деле? Почему конкуренты опережают нас, когда ты являешься непосредственным участником происшествия?! Почему они, а не мы первыми заявляют о совершении покушения на нашего сотрудника?