Словно почувствовав на себе её взгляд, граф повернул голову и замер, встретившись с Франческой глазами. Цвет их она не могла определить с такого расстояния, но под его взглядом девушка почувствовала себя как-то неуютно: словно, приоткрыв дверь, оказалась на ледяном февральском ветру. Граф смотрел на неё так, будто Франческа была некоей вещью, выставленной в витрине магазина, а он прикидывал, в какую стоимость она ему обойдётся… Не самое приятное чувство.
Уязвлённая и слегка встревоженная (почему-то ей вспомнилось та отвратительная записка с угрозами), она переключила внимание на прочих своих поклонников, к счастью, не столь колоритных, как граф. Поболтав с ними минут пять, Франческа, одарив мужчин сияющей улыбкой, скрылась в гримёрной вместе с Софи.
Покидая театр, Фергус всё ещё думал о мадемуазель де Бельфор.
Впервые он видел её настолько близко и, нужно сказать, не остался разочарован. Она была редкой красавицей и словно распространяла ауру чувственности, даже некой порочности, которую словно подчеркивал необычный тёмно-рыжий цвет её волос. Нет, скорее, даже каштановый, отливающий насыщенным красным отблеском граната или спелой клубники. Увидеть бы её с распущенными волосами! Интересно, какой они длины? До талии или до бёдер? Граф улыбнулся, вспомнив знаменитое полотно Боттичелли, где Афродита стоит в раковине, прикрываясь волнами пышных волос: если на месте богини красоты представить мадемуазель де Бельфор, зрелище получится ещё более соблазнительным.
Пожалуй, выиграть пари у Уилларда будет весьма приятно. Должно быть, ночь с такой женщиной – верх блаженства!
Фергус смущённо усмехнулся, поймав себя на таких мыслях. Никогда прежде он не думал в подобном ключе о женщинах, с которыми почти не был знаком, не считал, что обыкновенная похоть способна затмить прочие его чувства. Но он никогда прежде не встречал женщины, красивой, как мадемуазель де Бельфор. И… да, у него давно уже не было женщины. Как и сказал Фергус Блэку, воздержание ещё никого не убивало, но иногда оно могло оборачиваться мучительной пыткой.
Интересно, что сказали бы его друзья, узнав, что он так и не завёл любовницу после разрыва с Сабиной Старлинг, роман с которой завершился воистину катастрофически?
Что ж, подумал граф, вот ещё одна причина, почему нужно как можно скорее покончить с этим пари.
Глава 4
«Я ПОЙМАЮ ТЕБЯ, МОЯ РЫЖЕВОЛОСАЯ ПРЕЛЕСТЬ, И ТЫ МЕНЯ ПОРАДУЕШЬ. ЭТО СЛУЧИТСЯ СОВСЕМ СКОРО».
Франческа долго разглядывала записку, нацарапанную, как и предыдущая, карандашом на хорошей бумаге, крупными неровными буквами. Затем, скривив губы, скомкала странное послание и выбросила его в корзину для бумаг.
Эти короткие записки скорее раздражали, чем пугали её. Хотя пугали тоже – немного. За свою не слишком продолжительную карьеру актрисы Франческа видела многое, порой становилась объектом домогательств мужчин, в том числе и не в меру пылких, а потому понимала, на что могут быть способны люди, вообразившие, что влюблены в актрису без памяти.
Люди, которым отказали.
Больше всего Франческу нервировало, что она не знала, даже не могла представить, кто автор этих посланий. В последнее время она никому грубо не отказывала. Её самыми рьяными ухажёрами были виконт Форренвуд и лорд Уиллард Гордон: обоим Франческа дала понять, что не собирается в ближайшем времени обзаводиться покровителем. Но оба они восприняли её отказ довольно-таки спокойно. У виконта, немедленно начавшего ухаживать за другой актрисой, Мадлен, на лбу значилось крупными буквами, что он не брал в руки ни пера, ни карандаша со времён окончания учёбы, ну, а лорд Уиллард выглядел слишком кротким и вежливым для того, чтобы строчить послания с угрозами.
В конце концов, Франческа решила просто выбросить злополучные записки из головы, как забываешь, проснувшись, о ночном кошмаре.
Жизнь актрисы в последнее время разнообразили ещё и ухаживания (если можно было это так назвать) лорда Мейтленда. Граф, в основном, ограничивался тем, что присылал Франческе великолепные букеты; один из них он преподнес ей лично, так что девушка, изучив его почерк на карточке, спрятанной среди цветов, теперь точно знала, что и предыдущие букеты, вызвавшие такой ажиотаж среди актрис «Ориона», присылал он.