Глаза у нее были живыми и ясными, множество мелких морщин разбегались по словно выдубленному лицу. Она громко фыркнула и не ответила на его улыбку.
– Я никого не отправлю восвояси, не накормив, – сказала она. – Расседлай свою животину и иди в дом. Только пистолеты оставь на крюке снаружи двери. В комнате они тебе не понадобятся. – С этими словами она повернулась и скрылась за дверью.
Шэнноу расседлал коня и отвел его в загон. Дверь открывалась в длинную прямоугольную комнату, красиво обставленную резными деревянными креслами и стульями, искусно сделанным раздвижным столом и длинным диваном, обтянутым лошадиной шкурой. Даже шкафчики по стенам щеголяли затейливыми резными узорами. Шэнноу повесил пистолеты, как она велела, и направился к креслу у пустого очага. Шея и спина ныли от долгой езды, и в кресло он опустился со вздохом облегчения.
– Вижу, ты умеешь устроиться как дома, – заметила хозяйка, выходя из кухни с подносом, который поставила на столик перед ним. На тонких фарфоровых тарелках лежали краюха хлеба и внушительный кусок сыра.
– У вас очень красивый дом, госпожа.
– Угу. Зеб умел творить чудеса из дерева и всякого такого. И не называй меня госпожой. Меня звать Уилер. Зера Уилер.
– Занимающийся свет, – сказал Шэнноу.
– Что-что?
– Женщину, которая меня вырастила, звали Зера. На одном из древнейших языков, думается, на иврите, это значит «занимающийся свет», – ответил Шэнноу.
Зера села напротив него.
– Мне нравится, – сказала она. – Ты едешь в Доманго?
– Далеко до него? – спросил Шэнноу.
– Дня три пути на запад. Если погода позволит. Ну да она в это время года держится хорошая.
– Может, и поеду, – сказал Шэнноу, откусывая хлеб. Но от усталости даже есть было трудно.
Зера протянула ему кружку с холодной водой.
– Видно, ты долго ехал? – спросила она.
– Да. Всю мою жизнь. – Откинувшись на спинку, он закрыл глаза.
– Смотри не засни тут! – сказала она резко. – Ты же весь в пыли. Отправляйся в амбар. У двери там бочка с дождевой водой. Смой с себя пот и запахи дороги. Если проснешься рано, позавтракаешь яичницей с салом, а проспишь – ничего, кроме черствого хлеба, не получишь.
Утром можешь починить изгородь, если хочешь отработать еду.
Шэнноу заставил себя встать.
– Примите мою благодарность, Зера Уилер. Да благословит Бог ваш дом.
– У тебя имя есть, парень? – спросила она, когда он вышел за дверь и перебросил через плечо пояс с пистолетами.
– Йон, – ответил он и ушел в сгущающиеся сумерки.
В амбаре было тепло, и он устроил себе постель из соломы. Ему снилось много снов, но беспорядочных. Он видел себя в маленькой церковке, а потом на корабле высоко в горах. Перед его глазами плясали лица, в памяти мелькали имена.
Он проснулся на заре и умылся холодной водой. Найдя ящик с инструментами, починил сломанную изгородь, затем закрепил несколько черепиц, соскользнувших с покатой крыши дровяного сарая. Зимний запас дров был невелик, но нашлись и пила, и топор. Он принялся пилить и колоть. Проработал так около часу, и тут Зера позвала его завтракать.
– Мне нравятся люди, которые умеют работать, – сказала она, когда он сел за стол. – У меня было три сына, и ни один не ленился. А где ты поранил голову?
– В меня стреляли, – ответил он, накладывая себе на тарелку яичницу с салом.
– Это кто же?
– Не знаю. Я ничего не помню.
– Думается, ты стрелял в ответ, – сказала она. – Ты не похож на человека, который позволит напасть на себя и не воздаст сторицей.
– А где ваши сыновья? – ответил Шэнноу вопросом на подразумевавшийся вопрос.
– Один погиб в войне за Единство. Сиф и Пэдлок живут в Чистоте. Сиф теперь Крестоносец. Это ему подходит, он во всем любит порядок. Ты проезжал там?
– Да.
– А знаешь, странная вещь! По-моему, я тебя где-то уже видела. Вот только никак не вспомню где.
– Если вспомните, рад буду узнать, – сказал Шэнноу. Закончив есть, он помог ей убрать посуду, а потом вернулся в дровяной сарай. Работа была утомительной, но разминала мышцы, а горный воздух освежал легкие. После полудня пришла Зера с кружкой горячего сладкого травяного настоя.
– Я вот думала и думала, – сказала она, – и это все-таки не ты. В Ольоне, где я росла, побывал один человек. Истребитель разбойников по имени Шэнноу. Так ты немножко на него похож. Не такой высокий и не такой широкий в плечах. Но в чертах лица есть что-то общее. Думаешь отрастить бороду?
– Да нет. Но у меня нет бритвы.