— О, да! Да! Даже девушку это недоразумение может ударить, только если она связана… Настоящий мужчина! Скажи, первую твою девушку тебе тоже связанной преподнесли?
— Хватило пары затрещин!
«Жаль девочку… Первый раз — и такие ублюдки…»
— Так и запишем: даже не отрицает, что добровольно ему ни одна девушка не даст! А ведь сейчас братик-Райден придет и скажет: Что ж ты делаешь, братишка? Ты зачем товарный вид моей пленницы портишь!?
И… опять:
— А если с головы безобидной девочки Мисаки упадет хотя бы волосок, то папочка достанет свой… ремешок и пройдется по чьей-то тощей заднице.
— Сука! Я тебя порву сейчас!
И схватил ее за волосы… непонятно, правда, зачем. Скорее всего, просто от злости.
— Но вначале до глупого мальчика-которому-добровольно-не-даст-ни-одна-женщина доберется Никодари Рю… — Рука, схватившая было Мисаки за волосы, неуверенно разжалась. — Или Сатоши Охаяси… Но самое страшное будет, если до вас двоих доберется Кин Охаяси. Хотя нет… — Мисаки сильно жалела, что руки связаны — сейчас очень естественным было бы задумчиво прижать пальчик к подбородку. — Нет… это будет плохо. Потому что в этом случае вы оба погибнете слишком быстро.
Тайро рычал и бесился. Он согнул правую руку в локте и стал что-то вводить в тактический компьютер… Мисаки не сразу сообразила, а когда сообразила, весело рассмеялась:
— Да-да! Позвони папочке! Пожалуйся на нехорошую девочку Мисаки, которая тебя обижает! Будь настоящим Драко… — Но ладонь Тайро (кусать, которую было бесполезно, так как она была в крепких беспалых перчатках) крепко зажала рот, а другая ладонь уперлась в затылок.
— Заткнись! — И тут же его голос сделался елейным. — Здравствуйте, отец! Это я, Тайро! Простите, что беспокою! Могу я задать вопрос? Спасибо! С вами еще Райден не связывался? Нет? А-а-а… ну, наверно, не успел еще! Наверно, решил доложить позже. Я хотел уточнить: если нарушитель не один, а с подельниками, что делать с ними, с подельниками? Хай! Спасибо, отец! Простите за беспокойство! Приятного отдыха, отец!
Настроение Тайро, после того, как он нажал на кнопку «отбой» на своем компьютере, резко изменилось. Торжество. Торжество глупого мальчишки, который в данный момент думает совсем-совсем не головой. Он расстегнул пояс и стал спускать брюки:
— Ну, что, сестричка… приступим?
… Правда, торжество это продлилось недолго:
— Да, честно говоря, плевать… — Равнодушно ответила Мисаки. — Боль мне причинить ты не сможешь — я умею отключаться, а доставить мне удовольствие… — Она вывернулась назад, осмотрела Тайро, уже успевшего стянуть штаны, и залилась смехом. — Ой! Ой, не могу! Меня собрались трахать вот ЭТИМ?! Ой… Ну, рассмешил! Ну, рассмешил! Да ты же само это слово «трахать» оскорбляешь таким куцым размерчиком! С вашими закорючками вам это не светит… С вашими прыщиками не трахать, а пихаться! Да-а-а… какая-то беда у нас с наследственностью! То ли дело агрегаты у Гасящих, м-м-м… — Она мечтательно зажмурилась, стараясь не обращать внимание на то, как рычащий от бешенства Тайро пытается содрать с нее штаны… — Она снова вывернулась, чтобы посмотреть назад и снова расхохоталась. — Ой! Да у тебя ж повис! Ну, пойди, погоняй! Я обещаю никуда не уходить! Я подожду… Покажешь, какой ты настоящий… хе-хе-хе… мужчина… Тайро! — Мисаки резко стала серьезной и говорила тихо. — Слушай…
Смена поведения оказалась настолько неожиданной, что Тайро, воюющий с ее брюками, застыл.
— Слушай… А ты в отношениях с Райденом уке или семе? — И снова заливисто расхохоталась.
Тайро не выдержал и ударил ее по почкам…
— Ха-ха-ха… — Мисаки заставила голос не сипеть от резкой боли. — И бьешь, как девочка! Дурачок, я ж сказала, что умею отключать боль!
Тайро сипло рассмеялся и дернул из разгрузки нож. Затрещала разрезаемая ткань.
— Товар не попорть! — Хохотала Мисаки. — А то вместо женщины у тебя сегодня брательник будет! И будет иметь тебя именно этим ножом! Ой, не могу… ой, не могу! Неужели вы такие импотенты?!
Сзади повеяло угрозой. И почувствовала это не только Мисаки. Тайро, полыхнув страхом, обернулся… и тут же расслабился.
— Они-сан…
Действительно — Мисаки вывернула голову и увидела, как Райден, захлопнув за собой дверь, сбросил у порога бессознательное тело в шапке-маске, в черном балахоне и знакомой разгрузке. Все тело было буквально перекрученно белыми пластиковыми лентами. А на боку у связанного…
«А вот и Темные Братья тебе красными кисточками привет шлют…»