— Понадобится ли продолжение терапии?
— Честно говоря, не могу сказать. Я думаю, это зависит от того, как поведет себя лихорадка. Как только эта ситуация разрешится, ты будешь лучше понимать, с чем имеешь дело.
— Я никому на острове не рассказывал о своих небольших проблемах с лихорадкой.
— Не волнуйся, я не собираюсь об этом сплетничать. — Она не потрудилась скрыть резкость своих слов. — Твоя аура — твое личное дело. — Она сделала паузу для выразительности. — Так же, как истинная природа моего таланта — это мое дело.
Он вздрогнул. — Понял. У нас сделка, да? Мы храним секреты друг друга.
— Да, у нас сделка. Для протокола, осмотрительность и способность сохранять конфиденциальность являются краеугольным камнем моего бизнеса.
Его челюсть напряглась. Он выпрямился и повернулся к ней. — Черт побери, я не говорил, что не доверяю тебе.
— Почему ты должен мне доверять? Мы знакомы всего день. — Она сделала паузу. — Ну, три месяца назад была короткая встреча.
— Да, была та встреча три месяца назад. — Его голос стал грубым. — Но мы вместе прошли через кое-что, такое, что укрепляет связь между двумя людьми.
Она скрестила руки. — Я знаю, это прозвучит мелочно, но ты исчез три месяца назад. Ты сказал, что пригласишь на свидание на кофе. Это было последнее, что я слышала от тебя, пока ты вчера не появился в моем офисе и не предложил мне работу.
— Дерьмо случилось после того, как мы расстались три месяца назад. Случилась лихорадка.
— Вот почему ты не позвонил? — Как только эти слова сорвались с ее уст, она готова была закричать от разочарования. Она не собиралась сообщать ему, что ждала его звонка. Но было слишком поздно. Она не могла уже остановиться. — Извини, но оправдание так себе. У тебя всего лишь лихорадка, помнишь? И такое впечатление, что проблемы не возникло, когда ты пришел к выводу, что мой талант может быть полезен.
— Все сложно.
Она одарила его тонкой улыбкой. — Я уверена, что так. Наверное, слишком долго и слишком сложно рассказать мне об этом, поэтому я возвращаюсь в постель.
Она повернулась и направилась в сторону своей комнаты. Его рука стиснула ее плечо. Она замерла. От его прикосновения ее чувства обострились. Она поняла, что он возбужден. Ее окутал пьянящий жар его ауры.
— Подожди, — тихо сказал он. Он медленно развернул ее лицом к себе. — Пожалуйста.
Она держала руки крепко скрещенными, сопротивляясь желанию обнять его за шею. — Что ты хочешь?
— Шанс объясниться. — Он убрал руку и окинул балкон быстрым оценивающим взглядом. — Но не здесь. Я не хочу, чтобы меня прервали.
Она колебалась. — Хорошо. Мы можем пойти ко мне.
Она повернулась и вошла обратно через открытые французские двери. Приглашать клиента к себе, плохое решение, но в тот момент ее это не волновало. Она хотела ответов.
Он последовал за ней в комнату; повернулся и закрыл застекленную дверь. Глухой стук дождя отошел на второй план. Она задернула шторы, погрузив маленькое уютное пространство в еще более интимную темноту. Ей потребовалась неловкая минута, чтобы найти выключатель прикроватной лампы. Когда она все же включила свет, она была слегка в ужасе от вида смятого постельного белья. Она поспешно схватила одеяло и накинула его на подушки.
Повернувшись, она увидела, что Рэйф выглядел мрачным, но решительным. Она указала на кресло.
— Садись, — приказала она.
Он опустился в кресло и взглянул на кофеварку, стоящую на комоде. — Наверно, сейчас неподходящее время предложить устроить свидание за чашечкой кофе?
Она покраснела и опустилась в маленькое кресло напротив него.
— Да, — сказала она.
— Верно. — Он положил руки на изогнутые ручки кресла и вытянул ноги. — О лихорадке.
— Слушаю.
— После того, как я сдал Викари и ребят Бюро, мне позвонили из штаб-квартиры Копперсмит по экстренному вопросу. Исследовательская группа компании потерялась в Тропическом лесу. Я неофициальный специалист по устранению проблем в Копперсмит, поэтому мне поручили поисково-спасательную операцию.
Рэйф остановился. У нее возникло ощущение, что он собирает свои мысли воедино. Она сидела тихо и ждала.
— Команда попала в энергетическую реку, которая вывела из строя все локаторы. Подобное часто становится смертным приговором для всех участников, но у Копперсмит есть определенные протоколы. Правило номер один: не покидать последние известные координаты. Команда подчинилась правилу.
— Так ты их нашел?