- Ты не удивился когда я сказала что смертная..то есть, Рита? – я посмотрела на него в немом вопросе и он кивнул, - Так вот, ты не удивился когда я сказала что она беременна. Откуда ты знал?
- Ты ведь посылала её ко мне рано утром, я ведь не только учённый, но еще и врач. Я провёл полное обследование её организма. Но ей самой про беременность не говорил, я не знал что ты можешь с ней сделать и поэтому не хотел чтобы в случае чего, девочка оплакивала еще не родившегося ребенка.
Я смотрела на Маркса в недоумении.
- Ты строишь из себя героя, а сам отправил девчонку ко мне на верную смерть. Лишь мысль о том, что она беременна, остановила меня от непоправимого. И то, я до сих пор не могу для себя объяснить почему не убила её. Почему до сих пор не убила тебя.
Маркс начал ходить взад и вперед вдоль лавочки и о чём-то напряженно размышлял. Даже венка выскочила у него на шее, интересная физиологическая особенность. Это выглядит немного завораживающе. Видимо мой внутренний монстр всё же жаждет крови. Вдруг Маркс остановился и строго посмотрел на меня.
- Когда ты идёшь к по-настоящему великой цели, сопутствующие жертвы в порядке вещей. Даже если мне это не очень нравится.
Я непонимающе уставилась на него.
- Какая еще великая цель, мистер зло?
- Свергнуть к чертям собачьим правительство этого мира и вернуть всех людей домой. Те, для кого это еще не поздно конечно.
И тут случилось невероятное. Я рассмеялась. По-настоящему и очень сильно. Видимо мой смех был заразным, потому как Маркс начал улыбаться, хотя и было видно что он пытается сдержать улыбку. Но вот он взял себя в руки окончательно и начал говорить такие вещи, от которых сразу пропало всякое желание смеяться.
- Я ведь не шучу Сирена. Да и мне ли это говорить. Сколько тебе осталось? Месяц? Два? Ты слишком ослабла, твой будущий муж высосет тебя слишком быстро. Я знаю что ты воин. Но неужели как воин, ты хочешь умереть вот так? Ты ведешь за собой целый Легион. Твоя армия самая сильная и беспощадная во всех мирах. Под твоим началом у Легиона не было ни одного поражения. И что же случится когда по мирам разойдется слух, что ты умерла за пару месяцев? Это действительно то, чего ты хочешь?
Он говорил вещи, которые я знала и без него. Вот только легче от этого не становилось. Я взывала к своей ярости, я хотела наказать его за эту правду. Я резко вскочила на ноги и одним рывком прыгнула на него, вцепившись руками в его шею, я одним движением повалила его на скамейку и оказалась сидящей на нём сверху. И тут же растерявшись на секунду, я поняла что вся моя сила как будто испарилась куда-то. Я сдавливала шею Марксу, но казалось совершенно не причиняю ему боли. Я не понимала что происходит и от бессилия хотелось размножить его голову об эту долбанную скамейку. Но он уловил мою слабость и быстро оказался в победителях. Маркс поменял нас местами и вот уже я лежу на скамейке, а он придавливает меня своим весом и удерживает одной рукой за шею. Он дышал быстро и сбивчиво. Отдышавшись пару секунд, он хрипло прошептал:
- Успокойся Сирена.
Это его “успокойся” разозлило зверя внутри меня, но сил у меня действительно почти не осталось и я не нашла ничего лучше, кроме как покормить зверя. И резко выбросив голову вперёд, я зубами вцепилась в шею Маркса. Вот только зверь сидел глубоко внутри, а по факту у меня никогда не было клыков. Я не прокусила его шею, а лишь прикусывала, но остановилась когда услышала хриплый стон и как большое тело навалилось на меня сильнее, мои ноги сами собой разошлись под весом Маркса и я мою промежность упёрлось что-то большое. Хватка на моей шее стала сильнее и воздуха почти не осталось. Но лёгкое головокружение смешивалось со странным ощущением теплоты раскатывающимся внизу моего живота. Я не замечала что мои губы всё еще на шее Марса, как и не заметила когда начала посасывать его кожу. И Маркс не остался в долгу. Он стал вдавливаться в моё тело сильнее, а хватка на шее ослабла. Воспользовавшись этим, я вцепилась в его волосы и потянула назад, при этом убрав наконец-то свои губы от его шеи. И тут мы встретились взглядами.