Почти год Алрефе искал подход к иномирцам: пытался завести разговор на любую безобидную или насущную тему, предлагал помощь с учёбой, когда лучше разбирался в предмете, помогал разрешать неизменно случавшиеся конфликтные ситуации с другими демонами… В общем, хватался за любую возможность показать свою безобидность и дружелюбие.
Первой решилась сделать шаг навстречу прямолинейная и напористая Сигрун, объяснив свои действия тем, что не может быть от простых студентов-иномирцев такой большой выгоды, чтобы год притворяться. Последним сдался Рухар, так как из-за своей природы подозрительнее прочих относился к детям тьмы.
Всё, чего искал Алрефе от знакомства — знания о других мирах, порядках, жизнях и… Искал единомышленников. Просто очень хотел убедиться, что столь неправильный и неуместный он именно для родного мира, а надежда найти своё место, покинув его пределы, не беспочвенна. Даже если замаскированная муляжом однорогость день ото дня напоминала: «Выхода нет, сколь угодно надейся и убеждайся — ты всё равно заперт в этом мире». Да, заперт, да, после учёбы он станет просто живым инструментом с ограниченной волей, но если отбросить веру в лучшее — легче сразу заменить двери окнами. Жизнь, состоящая только из тьмы, всё равно мало отличается от смерти.
В новой компании Алрефе неожиданно для себя быстро стал главным балагуром. Оказывается, существует такое общение, при котором и шутить легко, и выглядеть глупым не страшно, и удара в спину не ждёшь. Не то чтобы он не мог вести себя подобным образом с Олеонте. Нет-нет, с первым другом Алрефе чувствовал себя достаточно свободно, просто всё равно давала знать о себе разница во взглядах, и добавляла ложку дёгтя трудность в определении искренности реакции змеи.
Или, может, образ балагура — просто защитная реакция, попытка спрятать за шутками и нелепым поведением настоящую сущность? Травмированную, насторожённую, неуверенную в себе. Взросление в мире, который не способен тебя принять, где враги не только вокруг, но даже в голове, обязательно оставляет следы, оттирать которые придётся долгие годы, проведённые в другой обстановке. А пока… Оставалось следовать словам Олеонте и притворяться, чтобы заслужить своё место в выбранном обществе.
Иномирцев часто селили вместе, вот и этим пятерым достался в общежитии один блок, ставший в итоге главным местом для встреч и посиделок. Прямо как в тот день. Близился конец учебного года, вот уж осталось чуть больше недели до каникул, о чём Алрефе благополучно забыл, увлёкшись научной работой. Несмотря на полезность, печати не пользовались у демонов большой популярностью из-за сложностей применять их более активно, так что ещё первокурсником не составило очень большого труда уговорить преподавателя взять работать в лабораторию и стать научным руководителем.
Пришлось задержаться из-за необходимости прибраться на рабочем месте, так что когда Алрефе заглянул в блок, вся компания уже оживлённо беседовала, устроившись в общей комнате. Рух как обычно занял диван, растянувшись на нём, Сигрун там же заняла подлокотник, Джеил соорудил гнездо из подушек на полу, Теффия просто сменила форму и устроилась в кольцах собственного хвоста, а Фамунд и вовсе болтал ногами на подоконнике — спасибо, что внутри.
— Чем занимаетесь? — спросил Алрефе, опустившись в кресло.
— Да вот обсуждаем, кто чем дома займётся на каникулах, — поделилась Теффия.
— Вы все возвращаетесь? — удивился он.
— Конечно! — Джеил взмахнул руками-крыльями. — Уж сколько времени там не были! Домашние явно соскучились, да и мы вот поняли, что тоже хотим их увидеть. Конечно, самостоятельная жизнь — это круто и всё такое, но и в родное гнездо стоит иногда заглядывать. Мне вот перед отъездом пообещали, что к каникулам обязательно поменяют этот отвратительный жёсткий матрас, чтоб он хорошо горел…
— А мне сестра сказала, что когда вернусь, обязательно приготовит большой торт! — поделилась радостью Сигрун.
— То-орт, — протянул Рух. — Не слипнется ничего от него? Эй, я пошутил, отпусти ухо! — нервно воскликнул, почувствовав предупреждающую хватку сильных пальцев. — Я вот уже жду, что мелкие дома опять с самого утра докучать будут. Поиграй с ними, да поиграй. Хотя… Что ж, наверное, я даже успел по ним соскучиться. И посмотрю заодно, как кто за год подрос.
— О, а у меня отец обещал, что мы отправимся делать мне собственную флейту. Уже не дождусь! — Фамунд нетерпеливо цокнул копытами. — У нас такое только взрослым положено, после обучения с дипломом выдают, но отец сказал, что пережить даже год здесь — достаточное доказательство взрослости.