- Вот уж не думал, что в Аргентине такой спрос на уроки русского языка, - усмехнулся Кирилл. - Может, ее муж не пускает?
От такого предположения я вспыхнула, в один момент залившись краской по самые уши. Кирилл вовремя спохватился, отставил чашку с кофе и нежно взял меня за руку.
- Извини, Стасенька. Не стоило мне этого говорить. Хочешь еще коктейльчик? Или, может, пирожное? Что мне сделать, чтобы моя девочка не расстраивалась?
От ласковых интонаций Кира я совсем расклеилась. В глазах защипало, я отыскала платок в своей модной сумочке с коротким ремешком и прижала белоснежный кусочек ткани к влажным глазам.
Я так расстроилась, потому что в душе была согласна с Кириллом. Мама пять лет назад ухитрилась где-то познакомиться с аргентинцем и уже через месяц укатила в Буэнос-Айрес в статусе законной супруги сеньора Хосе Гонсалеса. И прихватила Аню, мою младшую сестру, которой в этом году исполнится пятнадцать лет. За все пять лет мама ни разу не приехала меня навестить, в письмах иногда звала к себе, но чувствовалось, что делает она это из вежливости. Вероятно, аргентинский супруг и вправду подмял под себя иностранную жену, и не жаждал тесного общения со взрослой (двадцать восемь лет уже!) падчерицей.
… Позже я не могла сказать, в какой момент все переменилось. Я продолжала всхлипывать, когда Кирилл отодвинулся на своем стуле подальше, умолк, и уставился куда-то мне за спину.
Машинально обернувшись, я увидела, что за столиком напротив устроились две женщины неопределенного возраста. Вроде молодые, но выглядели не броско — не как я или совсем юные девчонки. Невзрачно одетые, со свободно струящимися по плечам светлыми волосами, и вовсе без макияжа. Да уж, подумала я, некоторым девушкам совсем лень за собой следить!
Я бы даже не запомнила, как выглядели эти дамы, если бы не одна деталь. Таких лиц — одновременно притягательных и отталкивающих — я прежде никогда не видела. Ну почти никогда…
Женщины были очень похожи: прозрачно-голубые, чуть навыкате, глаза, точеные носики и невероятно пухлые губы. Будто в эти губы закачали воздух, как в воздушные шары, да так и оставили. Одна женщина, чуть постарше на вид, наклонилась к своей спутнице и что-то ей сказала. Обе блондинки откровенно рассматривали нас с Киром, их совсем не смущало, что я тоже смотрю на них в упор.
И тут девчонка помоложе сделала такое, после чего ее точно запомнили и все немногочисленные посетители кафе, и скучающие у стойки официантки. Она достала из спортивного рюкзака… телефон. Самый настоящий сотовый, с антеннкой! Раньше я такие видела всего несколько раз у солидных дядек в дорогих костюмах. А тут — сотовый у какой-то неприметной девицы!
Я повернулась к Кириллу, чтобы отпустить какую-нибудь колкость относительно незнакомки с телефоном. Но тут же забыла, что хотела сказать. Вид у Кирилла был такой, что мое сердце ухнуло куда-то в низ живота, резко подскочило вверх и забилось в горле.
Кир смотрел на блондинок точно с таким же выражением лица, с каким смотрел на меня, когда мы только познакомились.
Мой жених выглядел как мужчина, который влюбился с первого взгляда.
Обхватив онемевшими пальцами опустевший стакан из-под коктейля, я смотрела в родное лицо любимого мужчины. И гнала, отчаянно гнала от себя страшные мысли.
Ну как такое возможно — за день до свадьбы жених влюбляется в другую? Такое только в кино бывает или в книгах.
Глава 2. Разлюбить за несколько секунд
- Какие они прекрасные, - Кирилл зачарованно смотрел на столик напротив.
- Кир, давай уйдем, - жалобно попросила я.
Конечно, мне было обидно. Еще бы, прямо при мне жених нахваливает других женщин. Но моя обычно спящая интуиция выла сиреной и умоляла меня хватать Кира за руку и бежать подальше от блондинок. А все ревнивые разборки — потом.
Я похлопала Кирилла по плечу, чтобы он наконец обратил на меня внимание. Он моргнул, отвел взгляд от белокурых незнакомок и посмотрел на меня так, словно впервые увидел. Причем увиденное не очень-то ему и понравилось.
- Что? - спросил Кир, сжав тонкие губы в совсем уж неразличимую полоску.
- Уйдем, - повторила я тихо. Почему-то мне не хотелось, чтобы меня услышали за столиком напротив.
- Он уйдет. Но уйдет с нами.
Женщина материализовалась у нашего столика будто из ниоткуда, и уж ее-то голос звучал громче некуда. Болтающие посетители «Мишки» затихли. Мне казалось, что все они смотрят на мой позор и насмехаются над несчастной дурочкой.
Я боялась посмотреть на нахальную девицу, как будто если я сделаю вид, что ничего не происходит, то все и обойдется. Но мадам очевидно была не из робких.