Они вместе проходят на колесо обозрения, и я почти поддаюсь голосу в голове, который убеждает сесть с ними в одну кабинку, меня же все равно не заметят, еще и достанется первое место в ряду на спектакль. Однако в итоге отметаю это вариант, кабинки открытые и мне прекрасно все будет видно и без нарушения личных границ. Правда, не помню, с каких пор меня волнуют чужие личные границы, но давайте скажем, что это мое амплуа шпиона на день.
На колесе обозрения мне везет меньше, чем на горках, приходится сидеть рядом с двумя девушками, которые весь круг не могут усидеть на месте. Фотографируются, болтают, тычут пальцами в разные стороны. На меня едва не проливают колу, и я глубоко дышу, чтобы не перекинуть их через низкие бортики.
Зато в перерывах мне удается насладиться панорамой города. В нем проживает десять миллионов человек, но с этой высоты создается ощущение, что там совсем никого нет. Современные небоскребы соседствуют со старинными домами и музеями, широкие магистрали пересекаются узкими улочками. На мгновение меня одолевает тоска. Тоска по тем временам, когда я в любой момент могла взмыть в небо, а подо мной простирались поля, леса, нетронутые водоемы и редкие поселения. Теперь летать стало опасно, в любой момент можно столкнуться с самолетом. Один раз так и случилось, я потом еще неделю отходила ото всех ушибов. К счастью, обошлось без переломов, они заживают дольше всего.
Моя золотая парочка катается на огромном маятнике, пиратском корабле, цепочной карусели и карусели-ракушки. Иными словами, никаких милых романтических аттракционов, которые я ожидала. За что я должна сказать спасибо девушке, потому что именно она тянет на них своего спутника. Тот каждый раз строит страдальческое лицо, но все же следует за ней. Какое очарование. Мне за километр видно, как он смотрит на нее своими небесно-голубыми влюбленными глазами.
Тогда откуда боль? Вряд ли он настолько боится аттракционов. Тем более мимолетный страх оборачивается вокруг тела легкой серой дымкой, а не цепляется фиолетовым покрывалом по всему телу. Все чудесатее и чудесатее.
Лишь один раз она дает ему перерыв, когда выбирает детскую карусель, полную лошадок и карет. Парень кататься на ней отказывается, категорично качая головой. Интересные у него приоритеты, насильно кататься на страшных аттракционах он может, а сесть на милую лошадку не хочет даже после уговоров?
Девушка лукаво улыбается и дает ему задание снимать ее на телефон. Красавчик с радостью исполняет поручение. Даже не знаю, он счастливее рядом с ней или пока смотрит на нее со стороны. Можно отключить электричество во всем парке, и он все равно выработает достаточно энергии, чтобы его осветить.
Когда день уже клонится к вечеру, а небо перестает походить на глаза того парня и становится темно-синим, они подходят к озеру и садятся на лавочку у самой воды. В руках у девушки огромная сахарная вата, от которой они по очереди отрывают кусочки.
Я бы тоже не отказалась от сладкой ваты, но незаметно ее стянуть не получится, сладкую вату заранее не делают. Если только выхватывать из рук прохожих, и все же незаметным такое откровенное воровство не назовешь. Приходится смотреть и облизываться.
Сейчас идеальный шанс для мести, мое мороженое заслуживает быть отмщенным, но я откладываю это дело на будущее и, пользуясь шансом, подкрадываюсь поближе и прячусь за дерево. Облокачиваюсь о ствол, принимая непримечательную позу, словно я просто так здесь стою. Отсюда мне слышен их разговор, даже не приходится напрягать слух. Интересно, как же закончится свидание идеальной парочки влюбленных.
— Мы еще на столько аттракционов не успели, — задумчиво рассуждает девушка, кладя в рот кусочек сладкой ваты. — Смотри, — она показывает пальцем в сторону высокого аттракциона, который прямо в этот момент переворачивается вверх ногами. Крики людей доносятся до противоположного берега озера, — в следующий раз пойдем на него, — заканчивает она с энтузиазмом. Парень смотрит на нее круглыми глазами, но быстро стирает удивление с лица.
— Давай лучше в следующий раз останемся вон там, — он указывает правее от них, — в зоне с детскими аттракционами, они мне как-то ближе.
— Ругаться с преподавателями тебе не страшно, а аттракционы пугают? — смеется она.
— Я хотя бы уверен, что профессора меня не убьют, — уверенно заявляет парень с усмешкой и отрывает большой кусок ваты.