— Это нам на руку, — прошептал Жадан. — Мы видим территорию, а нас в тени деревьев никто не видит.
«В тени? — подумал я — Вроде опытный воин этот Жадан, а сморозил глупость. Какая тень без солнца»?
Но старый казак, словно прочитал мои мысли. Толкнул меня в бок и показал на слегка колышущийся куст. Куст, действительно отбрасывал тень от лунного света.
«Да, Никита Трофимович, — пожурил я сам себя. — Даром, что ум взрослого человека. Учится тебе еще и учиться».
Я хотел было спросить у Жадана, как долго нужно будет сидеть и будем ли мы менять дислокацию, как совсем неподалеку раздался шорох. Жадан погрозил мне увесистым кулаком, а затем поднес указательный палец к губам, молчи мол. Издалека, от берега Днепра, где мы давеча ходили с сотником Фесько, донесся крик камышовой птицы, не то выпь, не то цапля. Я так и не мог понять, хотя уже мог различать как кричит сыч и степной орел. Жадан жестом показал, что это Химко подает условный сигнал. Значит шорох исходил не от зверя. Я весь напрягся и склонил голову к траве, стараясь слиться с черной ночной тенью. Шорох постепенно приближался. Можно было различить как двигались макушки прибрежного камыша.
«Враг!» — мелькнуло у меня в голове. Рука сама потянулась к эфесу шашки. Жадан покачал головой, мол рано. Но все мое нутро говорило о другом. Тем более наступал момент, когда смог бы всем доказать, что могу стать элитным воином, опытным сечевиком. Подумаешь, что говорит Жадан! Ну и что, что он старший из на с двоих?! Он не мой наставник, в отличие от Фесько. К тому же никаких указаний от Фесько не поступало в отношении каких-либо действий. Значит нужно поступать по обстоятельствам.
Я прислушивался к шороху. Луна в очередной раз выглянула из-за туч. И тут я увидел движущуюся к стенам крепости тень.
Глава 8
Тень передвигалась причудливыми рывками. Иногда тщательно маскируясь и растворяясь в кустах, но чаще, наплевав на все законы маскировки, выдавая себя с головой. Такое поведение было странным для скрытного и опытного лазутчика. Создавалось впечатление, что тот, кому эта тень принадлежала, знал куда идет, но боялся быть замеченным. К тому же, сопоставляя насколько возможно из моего укрытия, длину самой тени и тускловатый свет луны, я мог предположить, что впереди человек, если и взрослый, то довольно небольшого роста. Впрочем, это не такое уж и редкое явление в том времени, где я находился.
«Вот он случай, отличиться, — мелькнула у меня в голове шальная мысль. — Сейчас поймаю шпиона и доставлю сотнику. Наконец то признание получу и ко мне станут относиться не как к подростку, но к воину».
От осознания того, что настал мой звездный час я задрожал и рванулся вперед, пытаясь как можно тише ползти по-пластунски. Но Жадан, раскусив в один миг мое намерение, схватил за ногу и подтянул меня назад.
— Назад, хлопчик.
— Ты чего? — зашипел я негромко на него. Наверное, сейчас, в лунном свете, мои глаза выглядели дико.
— Мал еще лезть поперед, — так же шепотом огрызнулся казак. — Сиди здесь и наблюдай.
— Чего наблюдать, если вон лазутчик ползет?! Его поймать надо и в крепость доставить, чтобы допрос учинили. Уйдет! Медлить нельзя!
— Сиди тихо, — приказал Жадан. — Лазутчик не просто так идет, тем более один. Наверняка, позади него войско.
В подтверждение слов казака, неподалеку раздался крик филина. Жадан отвлекся на секунду, посмотрев в сторону, откуда шел звук. Этого хватило мне высвободить ногу из цепкой руки казака. Я, быстро перебирая и отталкиваясь ногами, пополз вперед. Тень превратилась в темный силуэт. Это действительно был человек совсем небольшого роста. Я бы сказал даже ребенок. Но тут же отказался от этой мысли. Что делать ребенку ночью у военного объекта? И тут мои домыслы, насчет возраста лазутчика, подтвердились. Силуэт повернулся и закричал голосом, сильно похожим на утиное крякание. По тембру голоса я понял, что в нескольких шагах от меня подросток.
«Стоп, — сказал я сам себе — Что же получается? Крик сыча значит был условным сигналом, а крякание утки — ответом? Дела. Значит прав был Жадан. Лазутчик не один. Нужно быстро поймать его, пока не убежал».
Мальчишка снова повернулся лицом к крепости и замер на мгновение, рассматривая, видимо, где находится вход. А может быть считал караульных? В любом случае он явно не с добрыми намерениями шатался в такое время у частокола. Пацан, видимо тоже заметил что-то подозрительное. Он постоял минуту-другую, замерев, прислушиваясь, и уже было направился в ту сторону, откуда пришел, но я решил сработать на опережение. Кто знает, как он бегает. Упущу такую добычу, тогда точно, позор и презрение.