Выбравшись из — под перекладины я быстро добежал до того места, и поднял свою шашку. Зажав ее крепко в руке, я хотел было побежать к всаднику, не зная, как, но с желанием отомстить за друзей, но в следующий момент я вновь оказался на земле, сшибленный конем уже другого всадника, который со свистом выскочил из открытых ворот и понесся в самую гущу сражающихся, не замечая меня, какого-то хлипкого подростка.
Турецкий воин, убивший казаков из секрета проследил мое падение, коротко кивнул, что-то крикнул по- своему, и направил коня в сторону майдана. Другие четверо воинов, что стояли у тел убитых Жадана и Химко, меня так и не увидели. Воспользовавшись моментом, я шатаясь, поднялся и короткими перебежками, побежал вслед за всадником. Будь что будет, но я хоть как-то хотел отомстить за своих товарищей. То, что я увидел на майдане, повергло меня в легкий шок. Там и тут лежали трупы казаков и турков. Посреди майдана стоял с оголенным торсом Фесько, держа в руках свою шашку. У его ног лежало несколько сраженных им басурман. В свете факелов я смог разглядеть, что и сам Фесько был ранен. Вокруг него стояло с десятка два турков. Среди них выделялся один, седобородый крепыш. Турки подшучивали над сотником, а он гордо поглядывал на них, маня рукой, вызывая тем самым на честный бой. Всадник наблюдал за происходящим с неподдельным интересом. Вот Фесько снова крикнул, вызывая на бой очередного соперника. Вперед было дернулся седобородый, но всадник, громким окриком остановил его. Старый воин сплюнул и огрызнулся в сторону всадника. Тот слез с коня и подошел вплотную к седобородому. Что-то негромко сказал ему и старый воин, наконец повиновался, нехотя отойдя в сторону.
«Судя по всему этот всадник был у них за командира,» — подумал я. Мысль убить вражеского офицера меня подхлестнула, придавая сил.
— Ты узнаешь меня? — донеслось до моего уха. Но говорил не Фесько. К тому же слышался различимый акцент.
«Неужто турок может так хорошо говорить на нашем языке»? — мелькнуло у меня в голове.
В следующий момент Фесько крикнув громко: «Умри, собака!» Выпрыгнул вперед и нанес удар шашкой, метясь в голову командиру турок. Тот, ловко увернулся от удара, захохотав издевательски.
Фесько сделал еще один выпад, обманчиво провернувшись и нанося удар шашкой снизу. Клинок скользнул по руке турка, но не достиг своей цели. Вновь басурманин ловко парировал удар, защитившись своей саблей. По всему было видно, что он играл с Фесько. Как кот играет с мышью, прежде чем съесть ее.
— Ну-ну, разве так убивают? — засмеялся командир турок. — Я покажу тебе, как это делается. Дам тебе последний урок, если можно так назвать.
— Мяу! — вдруг раздалось совсем рядом.
— Ксс-ксс, — машинально произнес я.
— Мяу, — повторилось вновь. Это был мой кот Сим. Каки образом он оказался здесь? Как нашел меня? Оставалось загадкой. Я хотел было взять его на руки, как передо мной выросли две фигуры турок и подхватив под руки потащили к месту поединка Фесько и офицера. Я видел, как Фесько попытался нанести очередной удар с разворота, но видимо силы его были на исходе. Офицер присел на корточки рука дернулась к поясу, в руке блеснул нож.
— Нет! — закричал я, но было поздно. Офицер привстал, меняя положение и уходя в сторону и вонзил с силой нож в сердце Фесько. Тот замертво упал навзничь. Командир турок, склонился над телом сотника, вытащил нож и отер его о штанину. Затем посмотрел внимательно-оценивающе на меня, усмехнулся и указав ножом на седобородого и затем на меня, сказал что-то по-турецки. Видно обидное, раз вражеские воины недобро засмеялись.
Седобородый воин вышел на середину и, поигрывая саблей в руках, поманил меня рукой. От неожиданного удара в спину, я чуть не упал, но устоял на ногах, оказавшись в паре шагов от турка. В руке я сжимал свою шашку, с твердой уверенностью, что, если и пришел мой последний час, что жизнь свою я продам очень дорого. Не долго думая, я начал первым. Пока седобородый турок размахивал руками, подбадривая своих товарищей, я нанес ему удар. Он ловко отразил его, состроив мне злобную гримасу. Далее вновь поднял руки в стороны, показывая, какой он удалец и что, справиться со мной ему не составит труда. Он также умело отразил и второй мой удар. И третий. Тут, видимо, его самолюбие достигло вершин. Он перевернул свою саблю и плашмя ударил меня по спине. Стоящие вокруг турки громко засмеялись, отпуская шутки. Офицер же пристально смотрел на меня, пытаясь что-то понять. Я же не смог смириться с обидой, нанесенной мне седобородым. Пока он ходил кругами, показывая свое превосходство, я, не раздумывая, перекатился через спину и нанес ему удар. Он лишь успел сделать шаг в сторону, что спасло его от ранения, но моя шашка все же достигла цели, разрезав пояс на шароварах турка, оголив его заросший волосами, как шерстью, зад. Седобородый сразу не осознал, что произошло. И обратил внимание на свой наряд, лишь когда остальные его товарищи громко смеясь, стали показывать на него пальцами. Опомнившись, турок натянул шаровары, закрывая стыд, и хотел было ринуться на меня, замахиваясь саблей, как тут же последовал громкий окрик офицера. Глаза турка налились кровью. Он готов был разорвать меня, но не подчиниться приказу командира было нельзя. Седобородый отступил.