— Кто ты? — прошептала, словно заговорщик, обращаясь к ней через десятилетия.
Провела пальцем по гладкой поверхности снимка, пытаясь ухватиться за ускользающее чувство, что уже знала её. Может быть, я видела её на другом фото? Или на одном из тех выцветших снимков, которые мы когда-то находили в ящиках в Мёртвой Высоте?
Но нет.
Это было что-то совершенно другое. Глубже. Интимнее.
Изучала фотографию, водя лучом фонарика по её глазам, тонким чертам лица, неестественно прямым волосам. Чем дольше смотрела, тем больше росло во мне это необъяснимое чувство. Она… принадлежала моей памяти, но я не могла понять, как.
— Ты была здесь? — прошептала, не сводя с неё глаз.
Моё сердце билось слишком быстро. Почему я разговаривала с фотографией, словно она могла мне ответить?
Перевернула её.
На обороте размашистым почерком было выведено:
«Первая любовь не исчезает навсегда».
Эти слова… Я точно читала их раньше. Где-то. Когда-то. Но не могла вспомнить где и когда.
Я ощутила лёгкий озноб. Кто эта девочка? Почему её лицо не даёт мне покоя? Почему эти слова… Кажется, они должны были что-то значить для меня, но вместо этого звенели пустотой.
Снова взглянула на фото. Эта девчонка смотрела на меня сквозь десятилетия, сквозь пыль, тайны и эту чёртову тьму.
— Почему ты мне так знакома? — прошептала, крепче сжимая фонарик в руке.
Никаких ответов. Только лицо, которое будто дразнило меня, сводило с ума. Я не знала, откуда это странное ощущение, но в глубине души было одно отчётливое чувство.
Эта фотография была здесь не случайно.
Я была близка к разгадке, но услышала шаги.
Быстро выключила компьютер, привела бумаги в порядок и вернула всё на места, когда дверь открылась, невольно замерла, затаив дыхание.
— Дина? — голос Натана прозвучал удивлённо. — Что ты здесь делаешь?
Повернулась к нему, сидя за столом.
— Мне нужен был компьютер, — спокойно сказала я.
Он посмотрел на меня, затем на выключенный экран.
— Почему ты сидишь без света?
С трудом заставила себя улыбнуться.
— Не нашла выключатель, — ответила я. — Для компьютера свет не нужен.
Он кивнул, но я видела, как его взгляд задержался на мне чуть дольше, чем обычно.
Поднялась, собираясь уйти, но у самого порога он остановил меня.
— Я искал отца Мирославы, — сказал он тихо. — Но я не знаю его фамилии.
Замерла, чувствуя, как слёзы подступают к глазам.
— Алексей мёртв, — сказала с горечью. — Это точно. Прости.
Выскользнула из кабинета, не давая ему увидеть, как мне больно.
Когда наконец добралась до своей комнаты, меня накрыла волна отчаяния.
Вспомнила Алексея. Его улыбку, его голос. Как мне его не хватает. Для меня он был всем.
— Мне тебя не хватает, Лёша, — прошептала, задыхаясь от слёз. — Мне тебя так не хватает…
Эта ночь была долгой. И, казалось, она никогда не закончится.
8 Балансируя на грани.
Проснулась ближе к полудню. Солнце, беспощадно пробивалось сквозь плотные шторы, било прямо в глаза, заставляя меня зажмуриваться. Голова раскалывалась после почти бессонной ночи, а мысли в голове путались, будто хаотичный клубок нитей, который никак не распутать. Я чувствовала себя разбитой, будто все силы ушли в никуда, а их место заняли тревога и странное беспокойство, причины которому не могла найти.
Поплутав по комнате, словно в тумане, всё же решила пойти на кухню. Горький запах свежемолотого кофе подействовал словно спасательный круг. Жадно вдохнула его, позволив бодрящему аромату немного привести меня в чувство. Наполнив кружку чёрной жидкостью, села за стол, обхватив тёплую поверхность фарфора руками. Пить не хотелось, просто наслаждалась мгновением уюта, как будто в этом кофе заключалась вся моя опора.
Но стоило мне поднять взгляд, как уют рухнул. Моё внимание привлекло движение за окном. Внутренний дворик особняка, залитый солнечным светом, казался райским уголком, но вся моя концентрация была направлена на фигуру Натана.
Он плавал в бассейне, его движения были точными, выверенными, каждое погружение в воду выглядело почти театральным. Пряди тёмных волос блестели на солнце, словно отблески звёзд на ночном небе. Мышцы играли под водой, а каждая капля, скатывающаяся с его кожи, будто кричала о совершенстве. Моё тело отреагировало быстрее разума. Сердце забилось чаще, дыхание перехватило, а в голове заиграли картины, которых там быть не должно, да ещё каждая была порочнее другой.