Именно тогда у меня сорвало крышу. Я забыл о приличиях, о запретах или возможностях. Всё перестало иметь смысл. Существования лишь я и она. Позволял рукам делать своё дело: шарить, ласкать, обнажать.
Дина отвечала на мои ласки с особой нежностью и желанием, что для меня было крайне важно. Возможно это было не правильно, не так должно было быть но мне было плевать. Я просто наслаждался моментом и впивался в её губы всё более жадно, постанывая от удовольствия.
Усадил её на стол спуская джинсы до колена. А она лишь помогла снять с меня футболку и прижалась к груди щекой. Запутался в её волосах руками оттягивая блондинистые пряди и снова поцеловал в губы. Теперь мне было плевать что скажут люди, что подумают. Всё растворилось в жгучей страсти наших тел. Придвинул её к краю и вошёл внутрь горячей тугой влаги. Дина тяжело задышала хватаясь за мою шею руками.
Замер, давая привыкнуть ей к размеру, но уже через секунду девушка заёрзала, требуя от меня движения. Толкнулся внутрь Дина откинулась назад опираясь на стол руками и изгибаясь в спине. Ее изгибы своидил меня с ума. Она была идеальна, словно создана для меня, под мои потребности. Толкнулся ещё раз придерживая её бёдра руками.
Всё казалось не реальным, но я уже не мог сдерживаться. Брал её неистово, грубо, жадно. Но она была не против, позволяла мне руководить и управлять, полностью растворялась в моём натиске. Я сделал последний выпад и уткнулся в её плечо чувствуя как она жадно обхватывает мою длину дрожа от поглощающего её огазма.
Мне понадобилось целых пять минут чтобы восстановить своё дыхание и поцеловать её в висок. Она в ответ улыбнулась. Спрыгнула со стола и натянув джинсы отвернулась к окну.
Подошёл к ней со спины и поцеловал в макушку.
— Может ещё рано? — прозвучало из её уст с некой долей грусти.
Дина быстро зашагала к двери и тут же покинула кабинет.
10 Прошлое преследует.
Ходила по комнате, как зверь в клетке. Туда-сюда, туда-сюда, по кругу, пока мысли разрывали меня изнутри. Натан. Его поцелуй. Его глаза, эти чёртовы глаза, которые смотрели прямо в душу, обжигая меня изнутри. Я не могла выбросить это из головы. Как он посмел? Он ничего мне не говорил, никаких слов, никаких обещаний. Но его губы, его прикосновения… Это было как заявление права. Будто он показал мне и всему миру, что я принадлежу ему.
Но разве я могу? Разве это правильно? Я ведь всегда думала, что люблю Алексея. Всегда. Он был первым и единственным мужчиной в моей жизни. Да, у нас было далеко не идеально. Были ссоры, боль, даже предательство, но он был. Всегда. Я уверяла себя, что другой любви для меня просто не существует.
Сидела на подоконнике в его комнате, накинув на плечи один из его свитеров. Вокруг витал лёгкий аромат табака и дорогого парфюма — запах Алексея, запах дома. Я смотрела на сад, окутанный мягким светом вечернего солнца, и слушала шаги, раздающиеся в коридоре. Это был Алексей.
Он вошёл в комнату быстрым шагом, будто боялся передумать, но остановился у двери, тяжело дыша. Его лицо было странно напряжённым, глаза бегали, избегая встречи с моим взглядом. Сразу поняла, что что-то не так.
— Алексей? — слезла с подоконника и подошла к нему. Он даже не сделал попытки обнять меня, хотя обычно я уже была в его руках в такие моменты. Это ранило больше, чем если бы он сказал всё прямо.
Сама обняла его, крепко, как будто могла удержать от того, что, как я уже знала, было неизбежным. Он позволил мне это, но руки остались прижаты к его бокам.
— Что случилось? — тихо спросила, прижавшись щекой к его груди. Чувствовала, как быстро бьётся его сердце.
Он вдруг резко наклонился и поцеловал меня. Этот поцелуй был другим. В нём не было страсти, только горечь, боль и странное прощание. Мне хотелось его остановить, но я не могла.
Когда он оторвался от моих губ, его взгляд был мрачным.
— Дина... — начал он, и мне стало холодно от одного его тона.
— Что? — спросила, хотя в глубине души уже знала ответ.
— Отец решил женить меня, — сказал он, пряча взгляд.
Отшатнулась, словно он ударил меня.
— А как же я? — голос мой предательски дрогнул, но тут же взяла себя в руки, не позволив слезам прорваться наружу.
Он поднял на меня глаза, полные вины, но не любви.
— У тебя нет нужной фамилии, Дина, — его голос был тихим, но каждое слово резало меня по живому. — Семья Орловых не может связываться с...
Он запнулся, но я знала, что он хотел сказать. С безродными киллерами. С человеком, чья жизнь состоит из крови и теней.