— Как вас зовут? повторил ребенок.
— Гм... я... микрофон.
— Тебя зовут Микро?
— Я... Да, вот и все. Это мое имя.
— А ног у тебя нет. У вас очень маленькая голова и много маленьких глаз.
«Это не глаза, Клауди, а уши… и рты. У меня нет глаз, я слепой.
Ребенок был удивлен.
— Ты меня не видишь?
— Ничего не вижу, — сказал объект. Но я могу слышать и говорить, вот и все. И я очень образован.
— Очень что?
— Ученый. Значит, я много чего знаю. Ты всегда должен слушать меня, как раньше слушал своего папу.
Ребенок скривился. Его веки сузились.
— Где он, папа?
— Он... он вернется чуть позже, может быть, если ты будешь меня хорошо подчиняться.
— Я хочу, чтобы он вернулся из...
«Послушай меня, Клауди, — настойчиво перебил объект.
Как там у тебя? Есть деревья!
— Да, деревья с огнями. Но свет погас... Не все!
— Я так и подумал, — сказал объект чуть более глухим голосом. Он находится на холмах, граничащих со страной Сонг. Это единственное место в Пердиде, где растут фонарные деревья.
Ребенок не ошибся с изменением тона. Он спросил :
— С кем ты разговариваешь?
Затем, без перехода, охваченный безоговорочной необходимостью:
— Я голоден!
Микрофон издал раздраженное рычание:
«... должно было случиться», — понял Клауди. Слушай, малыш. Есть ли вокруг вас какие-нибудь фрукты, которые все еще сияют?
— Да, но я голоден!
— Конечно, конечно, милый, придет. Можно есть красные ягоды. Не желтки, особенно!
— Мне больше нравятся желтки.
— Нет, привет! Что ты делаешь, маленький несчастный?
Ребенок встал на цыпочки. Ветвь, отягощенная фруктами, наклонилась к нему. Ее мизинцы коснулись желтого фрукта в форме тыквы.
— Я собираю желток, — признался Клод.
— Остановился! ХААА!
Микрофон издал ужасный крик, нарочито оглушительный. Ребенок испугался, отбежал на несколько шагов в сторону и заплакал.
— Ты меня напугал... напугал, икнул малыш.
— Молодец! сказал микрофон. Вы ослушались меня. Быстро сорвите красный фрукт, пока он не погас.
— Для... почему?
— Если плоды потухнут, ты их не узнаешь, зверюга, все они будут одного цвета.
Поддавленный голодом, ребенок сорвал еще один фрукт, споткнулся под его весом, позволил ему скатиться на землю. Он сел на траву и глубоко впился в кору.
Макс озабоченно посмотрел на передатчик. Он вдруг закричал:
— Привет всем! Ты знаешь красный цвет, Клауди? Что такое красный?
— Фрукт, который я ем, — сказал тихий голос в устройство.
— Но все равно? — лихорадочно спросил Макс. Расскажите мне о красных вещах?
— Эта... кровь!
Макс откинулся на спинку сиденья. Он вытер лоб.
— Уф! он вздохнул. Не знаю, смогу ли я продержаться три месяца с такими темпами. Малейший жест этого ребенка вызывает у меня холодный пот.
Он посмотрел на Белль.
— Ты попробуешь меня немного заменить? он умолял. Только помешайте ему есть желтые фрукты. Пока больше не о чем беспокоиться.
Белль кивнула и заняла свое место. Макс подошел к Мартину, который дулся в углу. Последний, казалось, о чем-то размышлял. Он лукаво посмотрел на высокого мулата и взглянул
— Что ты говорил раньше? Вы говорили о том, чтобы продержаться три месяца?
«А может, и больше», — признал Макс, садясь рядом с ним.
Мартин наморщил лоб.
«Я не знаю почему, — сказал он, — но ты все еще пытаешься меня обмануть, Макс. Я смотрел карты раньше, и не будучи...
«Заткнись, старик», — устало прервал его Макс. У вас болезнь преследования. И ты знаешь о навигации больше, чем... чем маленький Клауди! Мы не можем пойти прямо в Пердид. Прямая линия — не самый короткий путь из одной точки в космос. Сначала я должен догнать орбиту Сидуна.
— Вы могли бы нас туда подбросить.
— Нет! Я сказал орбиту, я не сказал саму Сидоин. Он будет в перигелии, то есть на другом конце линии апсид. Если бы я хотел достичь Сидоина, я бы выбрал орбиту Лямбды 3. Вы должны все вам объяснить.
Мартин как бы смягчился, он кокетливо улыбнулся и положил руку на руку сидевшего рядом с ним мулата.
— Послушай, — сказал он. У вас не получится. То, что вы пытаетесь сделать, очень благородно, но это не сработает. Этому малышу хватит на три месяца. Ты бы лучше...
— Ты красивый маленький ублюдок, — мягко перебил Макс.
Он встал и вернулся к Белль. Она выглядела наполовину удивленной, наполовину удивленной.
— Что происходит? — спросил Макс.
— Он просит... опорожнить его маленький мочевой пузырь.