Только меня не вставляет. Скучно. Как будто не девки передо мной, а пара дождевых червей извивается. Все правильно, отточено, но без огонька. Без той искры, которая должна быть между мужчиной и женщиной.
А перед глазами снова Тая, расстегивающая лифчик. Вот где адреналин, где настоящее желание. А эти… пустышки. Развлекуха для импотентов.
— Хватит, — киваю им, вырубая музыку. — Свободны.
Едва шлюхи успевают выйти из камеры, как ко мне снова заглядывает конвоир.
— Бражник, к тебе пришли.
— У меня сегодня день незапланированных аудиенций? — раздраженно вскидываю бровь и слышу из коридора нетерпеливое брюзжание.
— Пропускайте меня к Антону!
Впрочем, этого человека я и сам давно ждал. Потерявший интерес к происходящему в компании шлюх я снова мобилизуюсь. Мой друг Фирсов, по совместительству высококлассный юрист, входит в камеру. Поправив на переносице очки, оглядывает серые стены и встряхивается. Ему некомфортно здесь.
— Садись, — указываю на стул у стола. — Чем обрадуешь?
Фирсов безропотно приземляется, куда я ему велел, кладет папку с документами на стол.
— Мутно все по твоему делу, Бражник. Тот человек, который на тебя написал заявление, оказался даже не владельцем того участка, а доверенным лицом.
Я занимаюсь куплей-продажей земельных участков. Владею полной кадастровой информацией. Помогаю с оформлением бумаг, подбором и веду переговоры с теми, кто продает, и теми, кто отказывает моим клиентам, которых я крышую. Порой да, приходится давить. Но такова моя работа.
— Когда я проверял документы, такой информации не было, — хмыкаю я.
— А сейчас появилась. Удивительно, — таращит под увеличительными диоптриями глаза Фирсов. — Но Константин сейчас занимается переговорами с той стороной. Ты же знаешь, какой Багиров дипломат. Сейчас все зависит от него.
— Если от Багирова, то до суда дело не дойдет, — ухмыляюсь.
— Я тоже на это рассчитываю. В любом случае стратегию для суда я уже подготовил, — Фирсов поджимает тонкие губы и задумчиво стучит пальцем по столу.
— Что?
— Бессонница вчера была, в попытке отвлечься решил сам изучить дело Эйзенштейна. Покойного отца твоей девчонки.
Когда я вспоминаю о Роберте, всего изнутри затапливает чернотой, кулаки рефлекторно сжимаются.
— А что там изучать? И так все ясно, — рычу я.
— Хоронили в закрытом гробу, например. А ты вообще уверен, что в нем был Роберт? Ты своими глазами его видел?
— На что там смотреть? От него после аварии остался обугленный кусок мяса! — вскипаю я.
— Вот это меня и зацепило, особенно после того, как я изучил его биографию. Поразительно, как обычный таксист Варламов смог влюбить в себя дочку такого известного бизнесмена Арона Эйзенштейна. Женился на ней, даже фамилию ее взял, а потом спешно заделал ребенка.
Как же мне не хотелось вспоминать это проклятое прошлое. Мне тогда только исполнилось восемнадцать, я работал на Арона, был вхож в его семью и был свидетелем всего этого. Но тогда Роберт производил хорошее впечатление. Мы стали друзьями.
— А когда властный тесть умер, едва успевшая вступить в наследство его дочь Эмма тоже отправилась в мир иной. Совпадение? — прищуривается Фирсов. — И Роберт стал единственным полноправным наследником огромной империи. Таисия тогда была еще совсем маленькой.
— Эта мразь — Роберт — много лет жил на две семьи. Причем ту, что скрывал, обожал. И у него были там дети.
— И жену твою бывшую успевал трахать, ведь так?
Вот же въедливый Фирсов! До всего докопался. Даже до того, что я бы предпочел скрыть.
— Ирма и без того была шлюхой.
— Это я к слову вспомнил, — отмахивается Фирсов, и его лицо снова становится серьезным. — А через пять лет ты все узнал. Да? Что это Роберт убил Эмму. Поэтому от него остался обугленный кусок мяса? Или было что-то еще? Что ты заподозрил тогда, Бражник?
— Роберт слишком любил свою вторую семью и детей от любовницы. Тая подрастала, становилась для него помехой. Она могла претендовать на деньги, фирму, имущество. Ее могли просто убрать. Как мать.
— А Таисия знает, каким уродом был на самом деле ее отец?
— Нет. Она не должна этого узнать. Это слишком жестко.
— Таисия сама от всего отказалась, сбежала, поменяла фамилию, потому что боялась тебя. А теперь вернемся к гробу. Ты точно уверен, что в нем был Роберт? Ведь после похорон все отошло его младшему брату, который якобы был так разбит потерей, что даже не смог присутствовать на церемонии. Спешно перебрался за границу и вот уже несколько лет ведет дела оттуда. Почему, Бражник, ты забил на все болт?