Одинокая слезинка упала на мою руку.
-Лиза. Почему ты плачешь? - спросила меня рядом сидящая Элька.
Я слишком глубоко погрузилась в свои воспоминания и не поняла, когда комната наполнилась другими девочками, которые уже вовсю плели свои кружева или шили нижнее бельё для магазина мадам Вивьен.
-Так, есть хочется очень. Я ведь пропустила обед.
И в подтверждение мой желудок жалобно заурчал. Элька засунула руку в карман платья, достала маленькое печенье и протянула мне.
-На ешь. С завтрака в кармане ношу, хотела птичкам в саду покрошить, но мамаша сегодня злая никого на улицу не выпускает.
Я с благодарностью приняла угощение и положила в рот.
-Ммм, вкусно, спасибо.
-Да пожалуйста. Мне наша кухарка завтра ещё обещала дать несколько штук за то, что я ей посуду мыть помогаю пока её дочь болеет.
-Повезло тебе. А почему нам на завтрак такое печенье не дают? Для кого же она его печёт?
-Хах, не знаешь что-ли? Мамаше Ожюль конечно и сыночку её. Иногда гостям. Кстати, когда сегодня драила кастрюлю после каши узнала, что кого-то из девочек скоро увезут.
В столовой стало тихо. Все прислушивались к разговору.
-Откуда ты знаешь? И почему именно девочку?
-Кухарка сказала, что ждут гостей, которые приедут за воспитанницей. Мамаша Ожюль велела приготовить пирожные с кремом и мясной пирог.
-Значит скоро?
-Конечно скоро, если печь завтра с утра велели.
-Но кого же заберут и куда? - накинулись на Эльку расспросами другие девочки.
-Да откуда же я знаю. Что знала, то рассказала.
-А вдруг за кого-то из нас перестали платить, - завыл девичий тонкий голос.
-Ага, и пирог с пирожными готовят, чтобы в деревне сытно жилось, - засмеялась Элька. - Нет. Я думаю забирают в семью кого-то, а значит у нас скоро появится новая девочка.
Девочки так разгалделись гадая за кем это завтра приедут родные, что не услышали, как открылась дверь и вошла мамаша Ожюль.
-За работу лентяйки! - крикнула она и дала подзатыльник девочке, которая сидела ближе всего к ней.
-Ишь, разгалделись. Сплетничать вздумали? Вот я вас сегодня без ужина то оставлю, будете знать, как языками чесать.
Затем мамаша Ожюль посмотрела на меня и подошла, вглядываясь в работу в моих руках.
-Хорошо, красиво. После ужина ещё одно сядешь плести из-за тебя сестра на меня сердится. Не могла промолчать так вдвое больше работать будешь.
-Но сегодня банный день. Пятница.
Мне было страшно говорить что-то поперёк слов мамаши, но ведь после ужина действительно мы все должны по очереди вымыться. Сначала все девочки, затем мальчики. Пропускать мне не хотелось, иначе ещё целую неделю грязной ходить придётся.
-М-да, совсем забыла. Ну ничего. Как помоешься, зайдёшь ко мне в кабинет, я дам тебе свечу. Как хочешь, а дюжину воротничков надо за три дня сработать. Поняла меня?
-Да, - пискнула я и принялась за работу.
Мамаша проверила работу у всех девочек. Кого-то похвалила, кому-то отвесила подзатыльник, и довольная собой вышла из столовой.
Глава 4
На ужин подали опять жидкий луковый суп и по ломтю чёрного хлеба. Напиток, отдалённо напоминающий кофе и молоко для двух младших ребят.
Я была голодна, поэтому быстро съела свою порцию, как и мальчишки, не обращая внимание на то, что Колин больно пинал меня ногой под столом, чтобы я ему отдала, как всегда часть своего хлеба. Пусть лучше побьёт меня потом, но я наемся сегодня.
Лили поделила свой кусок хлеба между тремя старшими мальчишками, съев только суп. А я сидела, потягивая тёплый, не очень вкусный напиток и вглядываясь в лица мальчишек пытаясь исподтишка разгадать свою ночную загадку.
Но подумать, как следует не получилось. Лили встала из-за стола, оставила двух дежурных из мальчиков убирать со стола, а девочек отправила за чистыми вещами для купания.
*
В моечной сегодня было так жарко натоплено, так хорошо, что не хотелось выходить из неё. Девочки набрали из большой бадьи горячую воду в тазы и помогая друг другу тереть спины и промывать, тем кто младше головы, весело переговаривались и брызгались. Банный день любили все. Тут и отдохнешь, и вымоешься, и поговоришь, вдоволь не боясь мамаши Ожюль на время забывая о проблемах, вода уносит наши печали.