«Она все знает! И всегда знала, — подумал он. — Эта девочка читает меня, как открытую книгу…»
Учитель тихо выругался и вышел на улицу выкурить сигарету. Жозеф и Андреа Маруа воспользовались этим, чтобы попрощаться.
— Держитесь, друзья мои! — сказал старик. — И доверяйте малышке, ее нам послал сам Господь.
Мартен Клутье ушел вместе с ними. Супруги пригласили его на ужин.
— Что делать, Тошан? — спросила Лора, как только они остались в узком кругу. — Теперь я уверена, что моя дочь не могла ни написать нам, ни позвонить. Слава Богу, теперь мы знаем, что с ней все в порядке, что она жива. Я натерпелась такого страху! Перестала спать по ночам. Но что же случилось на самом деле? Получается, ее похитили? Это единственное разумное объяснение.
Она рухнула на первый попавшийся стул, дрожа всем телом. Сидевшая в соседнем кресле Мирей взяла ее за руку, чтобы успокоить.
— Боже милосердный! Держитесь, мадам.
— Я только это и делаю, — простонала Лора. — Киона, детка, подойди ко мне и скажи, что ты еще чувствуешь. Ты попыталась что-нибудь увидеть за пределами этой проклятой комнаты? Помнишь, ты смогла различить на дорожном указателе название города во Франции, где находился Тошан? А здесь ты не заметила никакой зацепки?
— Нет, Лора, мне очень жаль. А! Мне кажется, я слышала, как Эрмин разговаривала с котом. Да, я это помню: Фауст! Фауст! Что с тобой?»
— Фауст? — удивился Тошан. — Бог мой, кто мог так назвать кота?
— Чем дальше, тем интереснее! — с порога усмехнулся Овид, из чистой бравады.
— Нечего ухмыляться! — разозлился Жослин. — Нам может помочь любая деталь, даже самая незначительная. Если мой зять рассчитывал на ваши мыслительные способности, он явно ошибся адресом. «Фауст» — это первая опера, в которой сыграла наша дочь. У нее была главная роль, роль Маргариты. Значит, мы остаемся в области оперного искусства. Просто так называть кота Фаустом никто не станет. Тошан, я тоже хочу поехать с вами в Квебек. Лора, к черту твою экономию, мы должны найти Эрмин.
— А как же твое больное сердце? — встревожилась та. — Врачи сказали, что тебе нужно меньше волноваться и напрягаться.
— Плевать я хотел на врачей! Я прекрасно себя чувствую. Мне не удалось вырвать Луи из лап этого мерзавца Трамбле в начале войны. Это сделал за меня Тошан. Без него мы лишились бы нашего сына. Позволь мне теперь хоть что-нибудь сделать для нашей дочери. Я не брошу ее во второй раз.
Киона с интересом следила за разговором. Луи принес ей ожерелье с амулетами, а также медальон на цепочке. Она отрицательно покачала головой.
— Спасибо тебе, но сейчас я их надевать не буду. Убери их пока в ящик буфета.
Девочка очаровательно улыбнулась и стала еще красивее. У ее сводного брата сжалось сердце. Он так давно и так сильно ее любил! «Ну почему она моя сестра? — подумал он. — Я не хочу никаких других девочек, кроме нее. Но мой приятель Альбер из коллежа говорит, что брат и сестра не могут быть возлюбленными…»
Представляя себе самое мрачное будущее, Луи вышел из кухни. Киона пообещала себе утешить его, когда у нее будет на это время. Она жалела его. «Луи будет очень несчастен. Однако ему придется жениться на другой девушке, даже если я вовсе не его сестра. Но этого я ему никогда, никогда не скажу».
Пока взрослые обсуждали предстоящую поездку в Квебек, близняшки выскользнули в гостиную, погруженную в полумрак. Теперь это была комната Мирей. В прохладном воздухе пахло одеколоном и рисовой пудрой Знаком они позвали Киону с собой.
— Что ты сказала папе на ухо? — спросила Лоранс. — Если это касается мамы, мы имеем право знать.
— Только не ври нам, — сухо добавила ее сестра.
— Я буду делать, что захочу! Вы ведете себя глупо со вчерашнего дня. Я думала, что мы сестры, что вы всегда будете на моей стороне, но нет! Зря ты сорвала с меня ожерелье, Лоранс. Посмотри на мою шею! Она до сих пор красная. Вы притворяетесь, что любите меня, когда я нужна вам, но на самом деле вы немного презираете меня, потому что я незаконнорожденная. Так? К тому же колдунья!
— Не говори глупостей, — возразила Мари-Нутта. — Но ты часто ведешь себя вызывающе и странно, особенно когда отказываешься от своего дара ясновидения. Тебе так повезло, что у тебя есть этот дар!
— Мы просто очень испугались за маму, — продолжила Лоранс. — Прости меня, Киона. Конечно, ты наша сестра. Не сердись!