Мужчины молча кивнули. Жозеф не решался пуститься в свои воспоминания о работе на фабрике. Историк же думал только о маленькой девочке с золотисто-рыжими волосами и янтарным взглядом.
— Сколько же ей лет? — внезапно спросил он, словно было очевидно, что все в комнате думают о Кионе.
— В феврале исполнилось двенадцать, насколько я знаю, — откликнулась Андреа. — Знаете ли вы, что о ней много говорят в наших краях? Однажды, ближе к концу зимы, из Шикутими приехали люди, специально, чтобы встретиться с ней. Они надеялись, что малышка найдет след их сына, пропавшего во время войны. Ах, эта война, сколько несчастья она принесла! Правда, мой бедный Жозеф?
— Она отняла у меня двух сыновей, месье! — тут же пришел в возбуждение старик. — Мой старший сын Симон, крепкий парень, хотел поселиться здесь со своей невестой, Шарлоттой Лапуант Он пропал без вести в битве за Дьепп. А Арман, мой средний сын, утонул в озере Сен-Лоран из-за фрицев. Подводная лодка торпедировала грузовое судно, на которое нанялся работать мой мальчик.
— Я искренне потрясен, месье, — ответил Мартен Клутье. — Это ужасно, да, просто ужасно.
Его сочувствие не было наигранным, супруги это почувствовали. Тем не менее Андреа уже ругала себя за то, что напомнила мужу о сыновьях. А может, эта тема невольно сорвалась с ее языка из-за письма, которое так ее потрясло? На самом деле она вовсе не разбирала завалы на чердаке. Это было единственное место, где она могла, не опасаясь быть застигнутой, перечитывать до боли в глазах письмо, полученное накануне и адресованное Жозефу Маруа.
«Слава Богу, что я оставила его у себя, положив в карман фартука! — подумала она. — Хорошо, что я ревнива до такой степени, что тайком вскрыла конверт, чтобы узнать, кто пишет моему мужу».
Под внешним спокойствием этой сорокалетней женщины скрывалась чувственная и страстная натура. Когда она уже почти смирилась со своей участью старой девы, тягостной для нее, Жозеф неожиданно увлекся ею.
«Да, я дорожу своим мужчиной! — повторила она себе. — Никогда не знаешь, что может произойти. Он еще довольно привлекателен, и какая-нибудь красотка вполне может начать крутиться вокруг него».
Поглощенная своими мыслями, она не услышала, как засвистел чайник.
— Андреа, чайник кипит! — возмутился Жозеф. — Что с тобой происходит? Со вчерашнего дня у тебя отсутствующий вид. Наш гость наверняка умирает от жажды, в такую-то жару. Я бы давно угостил его наливкой, если бы не твой чай.
Мартен Клутье с любопытством и удивлением наблюдал за ними. Он пообещал себе расспросить красавицу Лору Шарден об обстоятельствах знакомства этих двух людей, таких разных на вид. «Жозеф Маруа кажется жестким, морщины на лице указывают на его непреклонность, вспыльчивость и возможную скупость. Мадам действительно выглядит образованной и вежливой, но какая у нее своеобразная внешность!»
Ему пришлось подождать еще десять минут, прежде чем он смог отведать черничного пирога и насладиться чашкой чая. К его великому удивлению, Андреа Маруа выбрала именно этот момент, чтобы покинуть дом.
— Жозеф, я ненадолго отлучусь, мне нужно обязательно отнести баночку варенья Шарденам. Я пообещала сделать это еще вчера, но забыла. Господи, в последнее время у меня совсем не стало памяти! А вы пока побеседуйте, господа, поболтайте, как выражаются в этих краях.
Она несколько натянуто улыбнулась им и вышла из дома через дверь кухонной подсобки. Грубо сколоченная лестница со ступеньками, выцветшими от солнца и дождей, спускалась во двор, покрытый в это время года короткой пожелтевшей травой.
«Я не могу носить это в себе, нет, нет, нет! Я уверена, что мадам Дельбо, милая и любезная, что-нибудь посоветует мне», — с тревогой думала она.
Андреа быстрым шагом дошла до Маленького рая. Она с облегчением увидела, что детей поблизости нет. Скорее всего, они гуляли по поселку, ставшему для них обширной игровой площадкой, где они наслаждались полной свободой.
— Кто-нибудь есть дома? — спросила она, постучав в главную дверь, которая была открыта.
— Да, входите, — ответил усталый дрожащий голос.
Это была Мирей. Экономка с перебинтованной головой сидела в плетеном кресле. Эрмин составляла ей компанию, и это успокоило гостью.
— Я вам не помешала? — уточнила она.
— Нет, что вы! — откликнулась молодая женщина. — Я только что покормила полдником нашу больную, которая скучала в гостиной.
— Вам очень больно? — спросила Андреа, сочувственно глядя на экономку.
— Мне? Да, мне сильно досталось, но больше всего меня беспокоят волосы. На кого я буду без них похожа?