***
Жаннет провела в Консьержери три дня, по-прежнему находясь в небольшой одиночной камере, куда ее доставил молодой охранник Себастьен Рокуар. Он же два раза в сутки приносил ей скудную тюремную еду. Есть совершенно не хотелось, но Жаннет, помня о ребенке, каждый раз заставляла себя проглотить несколько ложек пресной каши или съесть хоть немного сладковатой вареной картошки. Себастьен был немногословен, казался, порой, даже суровым. Он молча протягивал девушке миску с едой и кружку воды, а позже приходил и забирал их. Но иногда, когда Жаннет ловила на себе взгляд его серых глаз, она видела в них откровенный интерес, который Рокуар неумело пытался скрыть за едва заметной грубоватой усмешкой. Она слишком хорошо знала подобные мужские взгляды. Жаннет чувствовала себя неловко и крайне неуютно. Она прекрасно понимала, что, как узница, находится сейчас в его власти и что Рокуар при желании мог бы спокойно воспользоваться ее беспомощным положением… если бы, конечно, захотел. Почти смирившись со своей участью, лежа в один из вечеров на своем матраце и подложив руку под голову, Жаннет думала про Тьерсена… когда в дверном замке раздался скрежет ключа, и на пороге появился Себастьен Рокуар. Как обычно, он подошел к ней и протянул тарелку с вареной фасолью и жестяную кружку.
- Благодарю, - тихо сказала Жаннет, принимая еду.
Она ожидала, что Рокуар сразу же уйдет, как всегда обычно делал. Но парень почему-то задержался и стоял теперь рядом с ней, наблюдая, как она делает жадный глоток из кружки. Девушка подняла на него испуганный взгляд.
«Неужели, он все-таки это сделает…» - подумала она обреченно и, поставив кружку рядом на пол, отодвинулась от него подальше, вжавшись спиной в стену.
«Смешно… - вдруг всплыла ядовитая и острая, как шпилька мысль, - бывшая проститутка боится, что ее изнасилует охранник в тюрьме на грязном матраце… Хотя… мне ведь к этому не привыкать».
Жаннет перевела дыхание и осторожно подняла взгляд на Рокуара.
Сердце билось, как сумасшедшее. И в тот же момент, она вдруг совершенно четко поняла, что нет… она больше не шлюха. Прошлая жизнь умерла навсегда. А все остальное ей уже неважно. В этой у нее есть муж, и она ждет от него ребенка. Она пока еще жива и не позволит убивать себя еще раз… убивать вот так. И девушка отодвинулась от него еще дальше. Себастьен Рокуар глухо кашлянул. И Жаннет даже с некоторой злостью подумала, почему он медлит. Она сразу же прикинула, что если он навалится на нее и начнет раздевать, то она хотя бы расцарапает ему лицо, будет сопротивляться отчаянно, как разъяренная кошка. Он не увидит от нее страха, покорности и подчинения. Она закусила губу, вскинула голову и уставилась в его глаза, зло и даже с каким-то вызовом. Но во взгляде Рокуара не было вожделения. Он почему-то смотрел на нее с грустью и… как показалось Жаннет, и с большой долей сочувствия.
- Завтра с утра тебя переводят в тюрьму Плесси, - проговорил Себастьен, - ты, наверное, слышала о ней. Патриоты называют ее еще тюрьмой Равенства. Там довольно сносные условия, как говорят. Жить можно.
Жаннет опустила голову и сделала еще один глоток воды, осознав, что Рокуар, похоже, не собирается ее насиловать.