- Я… я приехала из пригорода, - пролепетала Жаннет, нервно сжимая похолодевшие руки, - из Шаронна.
Она ожидала, что мадам Кавиньи станет расспрашивать ее о жизни в этой небольшой деревеньке, о ее родных и о том, где она работала прежде. Но, к счастью для нее, любопытство владелицы «Красного петуха» уже иссякло.
- Если хочешь, можешь жить здесь, - бросила она девушке, - в комнате Люс. Она как раз уволилась на той неделе. Комната под лестницей, да и слишком мала, чтобы сдавать ее кому из постояльцев, но так для житья – вполне сойдет. Камина в ней нет, но сейчас он и не к чему, весна уж. А осенью и зимой там тоже не так уж холодно, а если что жаровню тебе одолжу.
- Ой… я даже и не ожидала, спасибо вам! – радостно поблагодарила Жаннет.
- Рано благодаришь, Сюзанна, - усмехнулась Селин Кавиньи, - посмотрю еще, какая ты в работе. А работы здесь много, готовься. Лентяек я не люблю.
И сейчас, сидя вечером в этой маленькой комнатке, Жаннет медленно расчесывала волосы и вспоминала тот разговор и свое первое знакомство с мадам Кавиньи. Несмотря на резкую и грубоватую манеру общения, хозяйка оказалась не такой уж плохой - строгой, но справедливой. Так что свою зарплату - семьдесят пять ливров, Жаннет получала ежемесячно и без задержек. Проработав первые десять дней у мадам Кавиньи, девушка все-таки не удержалась. Хоть она и обещала Себастьену Рокуару не появляться там, где жила прежде…
Это было слишком опасно, но неизвестность и постоянные мысли о Тьерсене, заставили ее в один из вечеров после работы поехать именно туда. На что она рассчитывала? Жаннет сошла с экипажа на знакомой улице и, едва сдерживая слезы, шла дальше, к дому, в котором они снимали комнату вместе с Тьерсеном. Где прожили вместе так недолго, но были так счастливы. Остановившись напротив, с противоположной стороны улицы, она посмотрела на знакомое узкое окно на первом этаже. В нем горел слабый мерцающий свет от одной или пары свечей… и сердце девушки взволнованно забилось. Она подумала, что возможно, Жан-Анри все еще живет там… возможно, с ним все хорошо и его не тронули… Как бы она хотела этого. Забыв об осторожности Жаннет, словно примагниченная этим освещенным окном, пересекла улицу и, подойдя к двери, несмело взялась за ручку дрожащими пальцами.
«Это безумие, - промелькнуло в ее голове, - наверняка меня ищут, и если я вернусь, сделаю Жану-Анри только хуже»
И в тот же миг она представила, как бы Тьерсен обрадовался, если бы увидел ее. Наконец-то вернувшуюся. Как крепко обнял бы и стал жадно целовать. Она словно наяву ощутила прикосновение его губ, его руки на своей талии, услышала его слегка хрипловатый голос и, едва не задохнувшись от волнения, прошла мимо двери заветной квартиры. Поднявшись выше, на второй этаж, Жаннет встала, прислонившись спиной к стене и затаившись.
«Просто постою здесь немного и уйду, - подумала она, вытирая выступившие на глазах слезы, - если бы я только знала, что с Анри все хорошо, я бы ушла со спокойным сердцем. Если бы только узнать это…»
Прошло минут десять, и неожиданно, внизу раздался скрежет открываемого засова, заглушаемый звучанием двух голосов – мужского и женского.
- Ты готова, Эжени? – спросил мужской голос, в котором слышались нотки нетерпеливого раздражения, - долго еще ждать? Всегда копаешься, как клуша. Мы опять опоздаем из-за тебя.
Жаннет тихо приблизилась к лестничному пролету и осторожно посмотрела вниз. Сердце больно ударилось о ребра и замерло, как парализованное. Затем пошло дальше, глухими короткими ударами, от каждого из которых ей становилось все тяжелее и больнее. Дверь квартиры, где она жила с Тьерсеном, была полуоткрыта. Рядом с ней, держась за ручку, стоял мужчина в сером камзоле. Он продолжал что-то раздраженно говорить, и через пару мгновений из квартиры вышла женщина, довольно молодая, в шляпке, украшенной трехцветной кокардой и отозвалась высоким звонким голоском:
- Вечно ты всем недоволен, Мартин. Мы прекрасно успеем, если сразу возьмем экипаж, ехать ведь совсем недолго.
Мартин что-то зло буркнул ей в ответ. Что именно, Жаннет не расслышала. Затем, он быстро закрыл ключом дверь, и парочка стала торопливо спускаться по лестнице. Хлопнула входная дверь, и в доме воцарилась тишина. Жаннет вцепилась рукой в перила, стараясь совладать с нахлынувшими эмоциями.
«В нашей квартире живут другие люди, но это еще ничего не значит… совсем ничего не значит, - прошептала она быстро и горячо, словно какое-то спасительное заклинание, - и Жан-Анри жив, он просто переехал. И правильно сделал, ведь сюда за ним могли явиться с арестом в любой момент»
Прошептав все это, безнадежно убеждая себя, Жаннет выждала пару минут и, спустившись по лестнице, вышла из дома. В лицо ей ударил внезапно поднявшийся свежий весенний ветер. Она оглянулась на дом, на темные окна их бывшей квартиры в самый последний раз и быстро пошла на стоянку экипажа. По ее лицу текли слезы.