***
Через какое-то время Тьерсен успокоился и просто молча лежал на кровати, обняв одной рукой Жаннет.
- Что ты собираешься делать? – спросила она.
- Не знаю… - бывший маркиз пожал плечами. – В голове какой-то сумбур.
- Девочка знает, что ты ее отец?
- Нет. Ей сказали, что он погиб, защищая Французскую республику, - Тьерсен криво усмехнулся.
— Это правильно, - отозвалась Жаннет. – Пусть она не знает правды. Когда мне, восьмилетней, сообщили, что мама зачала меня пьяной от одного из своих клиентов, счастья мне это не добавило, Андре.
Тьерсен вздохнул и посмотрел на овальные бронзовые часы, стоявшие на каминной полке. Была уже половина десятого, и он с тоской подумал, что через полтора часа придется оставить эту теплую комнату и прильнувшую к нему Жаннет и тащиться к себе в одинокую холодную мансарду.
Жаннет словно угадала его мысли.
- Если хочешь, оставайся на ночь, Андре, - она провела рукой по его груди, - до шести утра. Только придется доплатить еще 50 ливров. Я была бы и без денег не прочь побыть с тобой, но мадам Сильвин не разрешит, сам понимаешь.
- Понимаю, - отозвался Жан-Анри, - но у меня в кармане только пять ливров. Последние деньги отдал, чтобы увидеть тебя.