Священник Морис Турне слегка улыбнулся и поставил на стол перед собой «новорожденную птичку» – только что изготовленную собственноручно маленькую фигурку белого голубя, обшитую серебристой нитью. Рядком стояло уже восемь таких птичек, этот голубь стал девятым. Был вечер субботы, и отец Морис готовил их для завтрашней воскресной продажи. Несмотря на «славное революционное время», раскупались белые птички на удивление хорошо. Вероятно, простой люд устал уже от всевозможной революционной атрибутики, пышных политических лозунгов, пустых обещаний и… голодной и тревожной жизни. Маленькие белые голуби казались символом мира и утешения. Которого многим так теперь не доставало…
Думая про это, отец Морис сжал и разжал правую руку и слегка сморщился от боли в пальцах. Старость давала себя знать, суставы ныли особенно сильно теперь, в холодную зимнюю погоду, когда и протопить стало уже особенно и нечем.