В памяти мгновенно всплыли события последней ночи, которую он провела в доме мадам Сильвин. А пальцы сами собой потянулись к шее, на которой до сих пор оставался слабый синеватый след от пальцев, душивших её.
- Робер…- прошептала она, - что тебе надо?
- Как ты не приветлива, Жаннет, - усмехнулся её бывший клиент Робер Брассе. – Неужели, совсем не рада меня видеть? А вот я так и не смог забыть тебя, красавица.
Он снял с шеи шарф, небрежно бросил на прилавок и приблизил к Жаннет лицо со зло прищуренными светлыми глазами.
- Ты что же, детка… - прошипел он ей в ухо, с силой схватив за запястье и выворачивая его, - думала, что так просто сбежишь от меня, и я тебя не найду?
- Отпусти меня, Робер! – выкрикнула Жаннет, - или я позову национальных гвардейцев!
Робер Брассе рассмеялся ей в самое лицо:
- Зови, маленькая шлюшка. Зови. Думаю, они больше поверят мне, председателю революционного Комитета секции Гравилье, чем тебе, маленькой дряни. Не веришь?
Усмехнувшись, Брассе полез в карман и торжественно положил перед испуганной девушкой бумагу, удостоверяющую его новую должность.
- Ты сделал большую революционную карьеру, Робер? – сглотнув произнесла она, посмотрев на бумагу и пытаясь освободить руку, которую он по-прежнему крепко и больно держал.
- Да, - хохотнул он, - я ведь честный патриот. И ты, маленькая шлюха, никуда и никогда от меня не убежишь. Я вспоминал тебя каждый день. Как ты сладко стонала, привязанная к койке, когда я имел тебя во все места. Ну, ты помнишь это? Помнишь?! – он дернул девушку за руку и провел пальцем по ее шраму на запястье.
- Отпусти меня! – крикнула Жаннет, тщетно пытаясь освободиться.
- С какой стати, - усмехнулся Брассе, - и давай ка, закрой на пять минут свою лавку. Мне надо с тобой нормально поговорить, пока сюда никто не зашел.
Жаннет всхлипнула, чувствуя, как глаза наполняются слезами.
- Что тебе от меня надо? – прошептала она. – О чём нам говорить?
- Давай, - он подошел к ней, с силой сжал за локоть и стал вытаскивать из-за прилавка, - закрывай свою чертову лавку и просто поговорим. Не бойся, насиловать сейчас я тебя не буду. Мне есть, что рассказать тебе интересного.
Жаннет повесила снаружи табличку «Закрыто», заперла дверь изнутри и вернулась к Брассе. Тот расселся на табурете за прилавком, вытянув свои длинные ноги и смотрел на неё наглым оценивающим взглядом, слегка прищурив свои светло-серые глаза.
- А ты похорошела, Жаннет, - бросил он, слегка улыбнувшись. – И еще я разглядел обручальное колечко у тебя на пальце. Неужто нашелся гражданин, пожелавший взять шлюху в жёны?
Он громко рассмеялся, и его лицо с довольно правильными чертами, исказилось и показалось в этот момент Жаннет отвратительным.
- Зачем ты явился, Робер? – холодно спросила она, сложив руки на груди. – Чтобы унижать меня, как ты всегда любил делать?
- Зачем же так грубо, детка, - ухмыльнулся Брассе, взяв ее за руку. – У тебя действительно кольцо, мне не показалось. Ты на самом деле вышла замуж, Жаннет? И кто же он – твой муж?
Жаннет молчала, отвернувшись в сторону.
- Если ты не скажешь, я ведь всё равно узнаю это сам, - Брассе понизил голос и с силой сжал ее руку.
- Мой муж патриот! – бросила Жаннет, выдергивая руку из его ладони, - он работает в редакции газеты «Гильотина». Слышал про нее? Ее весь «Париж» читает. Он честный гражданин и сторонник взглядов гражданина Эбера. Ты понял, Брассе?
- Ой, ой, ой! – Робер Брассе поднял вверх обе ладони жестом побежденного, - какой у нас грозный муж. Конечно, я читал «Гильотину», Жаннет. Неплохая газетка, да, - он ухмыльнулся, - не угрожай мне только своим мужем, красавица.
Он уставился на девушку в упор, но Жаннет не отвернулась и выдержала его взгляд.
- Зачем ты пришел? – тихо спросила она.
Брассе облизнул губы и уставился на взволнованно вздымавшуюся грудь девушки, видневшуюся в вырезе корсета.