- О, да, наша учительница по трудовому воспитанию просто захлебывается от восторга, рассказывая о том, какие у Шелестовой золотые руки!
- Вот видите, - кивнула головой Марина Петровна. – Кто знает, быть может, эта девочка станет всемирно известным дизайнером одежды.
Все учителя дружно захохотали. Сквозь общий смех завуч еле выдавила из себя фразу:
- Вот Вы это как раз и узнаете. Я перевожу ее в Ваш класс.
- Хорошо, - спокойно сказала Марина Петровна и продолжила заполнять классный журнал.
Итак, дальнейшая судьба Дарьи Шелестовой решена: она перейдет в другой класс, туда, где учились проблемные дети неблагополучных родителей. Только ей это совершенно безразлично, как и плачевные результаты экзаменов. Она снова сидит в школьном парке, как в воду опущенная, и глаза ее полны горьких слез. Вдруг девочка услышала за своей спиной чьи-то шаги и замерла на мгновение – так мог идти только любимый! Обернувшись и увидев Игоря, она бросилась к нему, порывисто обняла и начала покрывать все его лицо нежными поцелуями.
- Игорь, Игоречек! Куда же ты запропал? С тобой все в порядке, милый? Как я переживала за тебя!
Она опять радостно прильнула к его устам, но Рушенков недовольно поморщился и холодно отстранился.
- Игорек, что с тобой? – Дашка оторопела от неожиданности.
- Ладно, я смотрю, ты так ничего и не поняла, - раздраженно произнес ее любимый. – Что ж, придется тебе все популярно объяснить. Значит, слушай меня внимательно и запоминай: я больше не твой парень. Соответственно и ты не моя девушка. Я не хочу с тобой встречаться. Врубилась?
Несколько секунд Дашка стояла молча, не веря собственным ушам. Наверное, это такая оригинальная шутка? Ее любимый любит хохмить, разыгрывая мини-спектакли, от которых приходят в восторг все окружающие.
- Игорек, миленький, скажи, что ты пошутил, и мы забудем об этом, - растерявшаяся девочка сделала неудачную попытку засмеяться. – Ведь после того, что было между нами, ты просто не можешь так поступить, - с чувством прошептала она.
- Почему не могу? – каменное лицо Игоря сделалось еще суровее. – Я тебе ничего не должен.
- Что же ты говоришь, Игорек? Как ты можешь! Ведь я люблю тебя, - отчаянно простонала Дашка.
- Так, перестань. Прекращай это представление. Оно становится неинтересным, - равнодушно протянул Игорь. – Да, кстати, возьми свою галимую пырскалку. На каком базаре ты это дерьмо купила? От него же в радиусе одного километра клопы дохнут! Последний раз повторяю для особо одаренных: забудь о моем существовании и не вздумай больше бегать за мной! Ты мне больше не нужна.
И он быстро зашагал прочь с гордо поднятой головой, ни на минуту не задумываясь о том, какую жгучую и нестерпимую боль он причинил несчастной девчонке. Невидящими глазами Дашка долго смотрела вдаль, а потом с неистовой силой швырнула красивый флакон об асфальт. Хрупкое стекло разлетелось на меленькие осколки. Точно так же разбилась Дашкина душа. Как ей жить дальше? Без его будоражащих объятий, обжигающих поцелуев, красноречивых пустых фраз? Время остановилось и замерло навеки. Она неподвижно сидела на лавочке в парке, втупившись в одну точку. На землю давно опустились сумерки и немного похолодало. Однако Дашка не чувствовала холода. Неожиданный резкий хлопок по спине привел ее в чувство.
- Слышь, малявка, давай-ка, делай отсюда ноги! Это моя территория! – рявкнул грязный бомж в кирзовых сапогах, драной клетчатой рубахе и залитых краской ватных штанах.
Дашка закричала и бросилась наутек. Она перевела дух, лишь когда очутилась дома и закрыла двери на все замки. Дрожащими руками она включила старенькую настольную лампу. Через некоторое время девочка побрела в ванную. Она недоуменно разглядывала в зеркале свое побледневшее лицо. «Какая же ты хорошенькая!» - говорил Игорек в день своего рождения, проводя своей прекрасной, изящной ладонью по ее густым волосам. Девочка сползла на холодный кафельный пол и громко зарыдала.
Так печально начинались Дашкины каникулы. Все ее уже бывшие одноклассники разъехались по курортам. Мама Марьяна с детьми благополучно отбыла в пансионат на Черное море. Через некоторое время Сергей тоже присоединится к своей семье. Конечно же, никто и не думал забирать с собой Дашку. Папа Гриша полностью увяз в своих бытовых проблемах. А Дашка была предоставлена сама себе.
Чтобы хоть как-то заполнить пустоту в своем сердце, девочка целыми днями до вечера бродила по улицам своего района и окрестностей. Она шла, куда глаза глядят, не разбирая дороги. Смотрела на людей, спешащих по своим делам, на счастливых детей с любящими родителями, которые наверняка готовы были выполнить любое желание своих ангелочков. Но особенно больно было наблюдать за целующимися парочками, которых, как на зло, повсюду встречалось все больше. «А ведь на их месте могла быть я вместе с Игорьком. Ну почему он так со мной поступил?» - в отчаянии спрашивала себя девочка.