- Какая же она маленькая, какая хорошенькая! Вся в тебя, моя ненаглядная! Как же мы назовём наше золотце? - Гриша бросил радостный взгляд на жену.
- Как хочешь, так и называй, - буркнула она, отвернувшись к стенке. - Пока её выродила, чуть не кончилась.
- Мне очень нравится имя Дарья. А мы могли бы называть её просто Дашенька.
- Пусть будет Дарья, - равнодушно протянула Марьяна.
Благо, роды у молодой матери прошли хорошо, и ровно через три дня ее с малышкой выписали домой. Петр Михайлович и Галина Андреевна с нетерпением ждали нового члена своей семьи и с огромным восхищением разглядывали внучку.
- Красавица! Наша порода, - зачарованно твердил дедушка.
У Галины Андреевны на глазах выступили слезы умиления. Она сразу вспомнила своего маленького Гришу, и внучка показалась ей как две капли воды похожей на него. Сердце пожилой женщины бешено застучало от радостного трепета, нежности и любви к маленькому родному существу. Марьяна же уселась на диване и безразлично наблюдала за всей этой суетой. Григорий, который в торжественный день выписки жены из роддома взял выходной, раскладывал в узком коридоре подержанную коляску, купленную родителями у соседей в подарок внучке.
- Милая, посмотри, какая чудесная сегодня погода! Как будто по заказу для нашей Дашеньки. Одевай ее, и пойдём погуляем.
Марьяна посмотрела на мужа, как на сумасшедшего.
- Ты что, рехнулся? Какие ещё прогулки? Мне нечего надеть! Ни одного костюма, ни одного красивого платья - ничего! А те, что у меня были раньше, уже не сходятся. Я разжирела, как корова.
- О чём ты, дорогая? - муж в недоумении посмотрел на жену. - Ты немножко изменилась, но это же естественно. Как же ты прекрасна, моя любимая!
Марьяна уже не слушала его, а по раскрасневшимся щекам градом потекли слезы.
- Посмотри на меня! Что это за лицо? Что за синие мешки под глазами? Ведь ночами не сплю из-за этой малой крикухи! А волосы - как пучок соломы! Она меня изуродовала! Всю молодость и красоту мою загубила! - надрывно всхлипывала юная мать, горько оплакивая обреченность и безысходность своей новой женской роли.
Глава 3. Накал страстей
Глава 3. Накал страстей
Изо дня в день Марьяна молчала и плакала, механически выполняя необходимые манипуляции по уходу за ребенком, чем очень раздражала свою свекровь. Галина Андреевна категорически не понимала, как можно сутками валяться в постели и хандрить, когда у тебя на руках такое сокровище. Каждый день женщина спешила с работы домой, чтобы с головой окунуться в заботы о внучке. «Нужно сделать все, как положено, а не на тяп-ляп да с нюнями пополам», - важно рассуждала Галина. Разве могла она когда-либо представить, насколько приятно быть бабушкой? Теперь её жизнь обрела несколько иной, более высокий смысл и наполнилась новым, ни с чем не сравнимым счастьем.
Григорий испытывал огромное удовольствие, когда возился с ребенком. Он стирал, гладил, убирал - словом, делал всю необходимую работу, чтобы упростить быт своей загрустившей жене. Молодому супругу, как и его родителям, была непонятна ее, казалось, беспричинная печаль, но он искренне верил, что все это скоро пройдет, и жизнь новоиспеченной семьи наконец-то изменится в лучшую сторону.
Мало-помалу Марьяна стала мене безразличной, но не к мужу и ребёнку, а к себе любимой. Она потратила львиную долю зарплаты супруга на посещение салона красоты и обновление гардероба. Григория это нисколько не огорчило - он был искренне счастлив, что впервые за три месяца на меланхоличном лице жены вдруг появилась его любимая лучезарная улыбка. Чего не скажешь о его матери, которую примерка новых кофточек и бесконечное дефиле у зеркала сводили с ума и приводили в ярость.
- Расцвела, буржуйка проклятая! - злилась Галина Андреевна. - Горбатого только могила исправит.
Сегодняшнее воскресное утро ничем не отличалось от предыдущих. Оно началось со стирки пелёнок и приготовления завтрака. Галина Андреевна хлопотала на кухне, когда туда вошла заспанная невестка.
- Доброе утро, - сквозь зубы процедила Марьяна.