- Кому утро, а кому почти уж день! - злобно отрезала свекровь. - Я с шести утра на ногах. Ведь еды на сегодня и на завтра приготовить надо!
- А я вот только под утро задремала, - продолжила незадавшуюся беседу Марьяна. - Малая сегодня словно сдурела - орала целую ночь. Так ведь Гришенька ваш спал, как убитый, даже в ус не дует, что с ней что-то происходит! Всегда мне вставать приходится!
- Да Гришка вчера до полуночи стиркой занималася! Причём не детское стирал, а своё! И твоё в придачу! Тоже мне, жена!
- А чего вы выступаете?! Я что ему, носки, может, ещё гладить буду?!
- Ты погладишь! Утюга в руках держать не умеешь! К пелёнкам своими ручками белыми даже не притронулась! Хорошо, хоть спички зажигать научилась да плиты перестала бояться! Иди хоть чайник поставь! Да побольше воды кипяти - мне сухофрукты на компот запарить надо.
Теряя контроль над собой, раскрасневшаяся Галина Андреевна вышла из кухни, чтобы немного успокоиться. Марьяна хотела было огрызнуться, но по её плечу вдруг нежно скользнула теплая рука сияющего от счастья мужа.
- Марьянушка, какая же ты у меня красивая! А доченька наша! Вся в тебя.
- Кончай тут любезничать! Голова - как чугунок после бессонной ночи, да ещё и мамаша твоя жужжит, как муха навозная!
- Не обращай внимания! Лучше завари чайку - пить ужасно хочется. Пожалуйста, котик!
Его ласковые слова заставили Марьяну немного смягчиться. Она раздражённо чиркнула спичкой и поставила чайник на плиту. Затем насыпала в чашку ложку заварки.
- А заварник где? Со вчерашнего дня немытый стоит? - Галина Андреевна бросила на невестку возмущённый взгляд. - Как свиньи скоро жить начнёте! Зацветёт у вас всё и плесенью покроется!
«Чтоб ты сдохла, старая кляча! - крутилось у Марьяны в голове. - Хозяйка хренова! Лезешь во все дыры, змея подколодная! Ну ничего, сейчас я тебя чайком напою!»
- Вам, значит, кипяточку? Вот, получайте! - обезумевшая от злости невестка щедро плеснула закипевшую воду в сторону ненавистной свекрови.
Галина Андреевна неистово закричала. Григорий вздрогнул и чуть было не выронил тазик с пелёнками.
- Чума окаянная! Со свету поскорее сжить меня хочешь! Сгинь отсюда, нечисть проклятая! Ноги твоей в моём доме не будет!
Ошпаренная свекровь схватила невестку за длинные волосы. На пороге появился Пётр Михайлович.
- Ша! Будет вам! Совсем подурели! Гришка, иди сюда бегом! Самому мне их не разнять!
- Тьфу на тебя, старуха паршивая! - в приступе бешенства Марьяна плюнула свекрови в лицо. А та в отместку ухватила огромный острый нож и одним махом отрезала красивую косу невестки.
- Да что же ты девку уродуешь, дура старая! Положи нож, а то ещё сына зарежешь! - что было духу кричал Пётр Михайлович, заламывая руки жены за спину. Григорий же с трудом удерживал горько плачущую над своей пышной шевелюрой Марьяну.
- Ну что, доволен, старый осел? Угодила тебе твоя невесточка?! Жену твою только что кипятком обдала любимая твоя Марьянушка! Да ты с ней, видно, заодно - лишь бы меня поскорее в гроб уложить!
- Тихо, тихо... Что ты мелешь... Ой... Ой...
Пётр Михайлович побледнел и медленно сполз по стенке на пол. Галина Андреевна опомнилась от гнева и бросилась к мужу.
- Петя, Петенька! Что с тобой, родной? Сейчас я тебе валидольчика!
Скорая примчалась через полчаса, когда пациент уже не дышал. По словам врачей, смерть наступила мгновенно. Случилось то, чего следовало ожидать - обширный инфаркт навеки положил конец душевным мукам несчастного старика.
- Как же так, батя... - тихо прошептал Григорий сквозь слёзы.
- Петенька, дорогой, любимый, прости меня! На кого ты меня покинул! Что же будет теперь со мною без тебя?! - голосила Галина Андреевна. Как нелепо, что в последние минуты жизни любимого мужа она так несправедливо обвиняла его, самого преданного друга, который всегда был рядом в трудные минуты.
А в детской кроватке, словно чувствуя потерю дедушки и протестуя против бесконечной вражды бабушки и мамы, разрывался рыданиями маленький беззащитный комочек в чистых, наглаженных отцом пелёнках.
Семья начала угрюмо готовиться к похоронам. Галина Андреевна больше ни словом не перемолвилась с невесткой. Марьяна же сразу после страшного происшествия собрала вещи и объявила мужу, что переезжает к своим родителям.
- Останься, пожалуйста, Марьяна. Отца похороним, тогда уже к твоим переедем.
- Ещё чего! Чтобы твоя мамаша мне глаза выцарапала? Короче, я поехала. А ты как хочешь. Жить здесь я больше не собираюсь.
Сказала, как отрезала. И бросила мужа одного убиваться потерей отца и устраивать похороны. А сама по приезде домой отправилась на свадьбу к давней подруге Любке, оставив дочку на незаменимую тетю Машу, бывшую нянечку в детском садике.