- Меня беспокоит наш сын, Гриша, - призналась она мужу, когда супруги остались наедине. – Это странно, но с появлением Дарьи в нашем доме Олег стал каким-то нервным, пугливым. А ночь для него превратилась в настоящий кошмар. Он боится спать один, все время представляет себе какие-то ужасы…
- Я только не могу понять, при чем здесь Даша? - слегка обиженно спросил Григорий. – Олег и раньше боялся темноты. Помнишь, он даже писался от страха. Видимо, сейчас этот тяжелый период повторяется. Уверен, все пройдет со временем.
- Хорошо, если так. Пойми, я очень беспокоюсь о нашем сыне.
- Знаю дорогая. Ты – отличная мама.
Григорий чмокнул жену в щеку. Оксана поняла – она не найдет поддержки у мужа. Что ж, придется разбираться самой. Вечером, когда Дашка заглянула в детскую, женщина тихонько притаилась у двери. От леденящих душу историй, которые заботливая сестра рассказывала брату на ночь, даже у Оксаны пробегала дрожь по телу. Она ворвалась в комнату и дернула падчерицу за рукав пижамы.
- Ну-ка иди сюда, сказочница, - мачеха вытолкала Дашку прочь из комнаты. – Ты что за глупости здесь плетешь?!
- Я рассказываю сказочки братику.
- Хорошенькие сказочки, после которых снятся кошмары! Ты понимаешь, что своими бреднями расстраиваешь детскую психику?!
- Да что Вы ко мне пристали! Ваш сын – бесхарактерный хлипак! Чуть что – сразу нюни разводит! Сказали бы спасибо, что я в нем смелость воспитываю!
-Ах вот как? Тогда позволь мне напомнить, что у твоего брата есть родители, чтобы заниматься его воспитанием. Если я еще хоть раз услышу, что ты занимаешься запугиванием моего ребенка, я тебя так проучу – мало не покажется!
- Ой-йой-йой! – Дашка скорчила отвратительную гримасу. – Можно подумать! Не боюсь я тебя, грымза волосатая! Я, если надо, сама на твоей башке волосы повыдираю!
- Да как ты смеешь, дрянь! – и Оксана залепила падчерице яростную пощечину.
В этот момент из комнаты показался всполошившийся Григорий.
- Что происходит? – растерянно протянул он.
-Я устала, Гриша. Пойдем спать, - ледяным тоном сказала жена, удаляясь в спальню.
Когда озадаченный глава семьи во всех подробностях выслушал историю о произошедшем, он только энергично потер свой лоб, хмыкнул и пожал плечами.
- Она, наверное, видела все это по телевизору, вот и пересказывает бездумно. Оксаночка, пойми, ей очень нелегко. Ведь она растет без материнской ласки…
Эту ночь Оксана провела без сна, уткнувшись напряженным лицом в подушку. Ах, если бы это было так легко – подарить свою материнскую ласку не только долгожданному сыну, но и такой странной и непростой дочери любимого мужа… И что же вместо этого? Скандал и яростная пощечина? Утром Григорий не понимал, куда так торопится его жена.
- Поеду на вокзал, Гриша, куплю билеты для себя и Олега. Пора навестить моих родителей. Если хочешь, возьмем тебя с собой.
- Но как же… Я ведь на работе не отпрашивался. Все так неожиданно… - опешил Григорий.
- Гришенька, дорогой, мы, наверное, немножко задержались у вас? Каникулы заканчиваются, Дашеньке скоро в школу. Так что мы потихонечку поедем домой. Спасибо за теплый прием, - сказала Галина Андреевна.
«Наконец-то», - про себя с облегчением вздохнула Оксана. Она не стала выходить из комнаты, чтобы провести свекровь и падчерицу.
Глава 18. Первая любовь
Глава 18. Первая любовь
Незаметно пролетела зима, и в город, словно взбалмошная девчонка, ворвалась красавица весна. Воздух наполнился пьянящим ароматом любви и свободы. Сердце жаждало новых ощущений и захватывающих впечатлений. Пятнадцатилетняя Дашка все больше замечала, как меняются ее одноклассники. Девочки надевали обтягивающие джинсы и коротенькие юбочки, постоянно пудрили носы, тайком передавали друг другу длинные записки на уроках, не слушая скучные объяснения учителей и как-то странно поглядывая на мальчишек. После уроков Дашка вышла из класса одной из последних. Она нагнула голову и быстро зашагала домой, не оглядываясь по сторонам. Возле школы образовалось множество небольших шумных компаний. Ее же по-прежнему никто не ждал.
Вернувшись домой, девочка обнаружила в гостях у бабули старую соседку, живущую этажом выше. Дашка терпеть ее не могла, сама не зная, почему.
- Здрасьте, - проворчала девчонка.
- Здравствуй-здравствуй, - ехидно ответила ей Авдотья Никифоровна. – Галка, чего это она у тебя нахмурилась, как волчонок? Ох, басурманка!
- Ничего, ничего, - примирительно сказала Галина Андреевна. – Знаете, Авдотья Никифоровна, как в школах нынче нагружают. Бедные дети!
- Да уж, совсем заморились, бедняжки! – насмешливо подхватила соседка. – Только мы-то похлеще ихнего хлебнули. Как после войны было? Ни света, ни ручек, ни тетрадей. А мы в школе учились. И довольно хорошо! И по хозяйству помогали, и на танцы успевали. Жизни радовались, а не ходили с угрюмыми физиономиями!