От услышанного бабуля схватилась за сердце и еле доковыляла до дома. А Дашка, скорее стянув с себя ненавистное платье, швырнула его в коридор, закрыла дверь в свою комнату и плюхнулась в постель. Перед глазами снова стоял Игорь. Девочке казалось, что все это произошло не с ней, а с какой-то героиней бабушкиного любимого сериала. «Неужели я действительно нравлюсь ему даже в этом платье? Какие теплые слова он говорил, в то время как все… Он не такой, как все! Он особенный, независимый, неповторимый… Но почему же он так быстро исчез? Почему не защитил меня, не успокоил, не приласкал…» Из наивных Дашкиных глаз опять ринули горькие слезы. А за стеной градом катились по впалым щекам жгучие слезы ее бабушки.
На следующий день школьники вели себя, как ни в чем не бывало, будто и не было никакой дискотеки, которая имела для Дашки такое колоссальное значение. Только Юлька ходила злая и недовольная, фыркая и огрызаясь даже своим лучшим подругам. Перед концом пятого урока Тамара Гавриловна объявила:
- Ребята, Валентина Николаевна заболела. Поэтому я проведу дополнительное занятие по литературе. И не забудьте: завтра в девятнадцать ноль ноль родительское собрание. Явка обязательна! – строго заключила она. – А сейчас советую всем удалиться в коридор. Нужно хорошенько проветрить помещение!
Учительница вышла, а вслед за ней и все ученики. Только Дашка не сдвинулась с места. Она старательно рисовала портрет любимого. Вдруг к ней царственной походкой подошла Юлька и грубо толкнула девочку в плечо.
- Слышь ты, крыса драная, хватит бумагу переводить! Разговор есть! – развязно сообщила она.
- Тебе чего? – Дашке вовсе не хотелось вести беседы с этой высокомерной особой.
- Ты на меня не смотри, типа не въезжаешь! – начала заводиться Юлька. – Думаешь, я не замечаю, как ты на Игорька зыришь? Вот-вот его глазами сожрешь! Запомни, тварь – он мой! Если вздумаешь встать на моем пути, я тебя в пыль сотру. Чего молчишь? Язык проглотила?
От удивления Дашка не могла вымолвить и слова. Как? Неужели тайное стало явным?
- Ну?! Клянись, что ты к Игорю никогда больше не подойдешь и не будешь ему глаза мозолить! – что было духу заорала Дмитревская.
Дашка растерянно смотрела вдаль, пытаясь осмыслить происходящее.
- В молчанку со мной играть вздумала? Да я сейчас… - с этими словами Юлька еще раз ударила одноклассницу и выдернула у нее из рук заветный листок бумаги.
Движимая неистовой злостью, Дмитревская на куски порвала незаконченный рисунок. Дашка дико вскрикнула. Его глаза! Их больше не было, а на полу сиротливо валялись жалкие клочки бумаги. Не помня себя от ярости, Дашка вцепилась в жиденькие волосенки соперницы. Юлька взвизгнула и отвесила ей хорошенький тумак. Тогда Шелестова укусила Дмитревскую за руку и до крови исцарапала ей нос, а потом изо всей силы оттолкнула обидчицу. Юлька отлетела к стене, задев своим худосочным телом горшок с любимым цикламеном Тамары Гавриловны. Раздался ужасный грохот. В класс тут же влетела учительница и ахнула: две ее ученицы катались по полу, щедро осыпая друг дружку пинками и ругательствами. Их удалось разнять только с помощью охранника.
Дашка угрюмо потирала свои синяки и молчала, понурив голову в кабинете директора. А над Юлькой суетилась школьная медсестра, прикладывая ей лед к ушибленным местам. Дмитревская жалобно охала и всхлипывала.
- Я тихонечко сидела. Вдруг ко мне подошла Шелестова и сказала, что я идиотка. Я вообще не хотела с ней связываться, но она не унималась и продолжала меня оскорблять. А потом и вовсе толкнула меня в плечо. Ай, как болит! – стонала Юлька, мастерски изображая из себя бедную овечку. – Ой, как мне плохо! Голова кружится! Туман перед глазами!
Тамара Гавриловна стояла рядом с ней бледная, как мел. «А если у нее сотрясение? Тогда меня Борис Анисимович исполосует, как британский флаг! А комиссия, полиция… Это же криминал… - дрожала бедная учительница. – Что же мне делать?!»
Когда Дашка предстала перед бабулей с распухшей щекой, исцарапанной рукой и разбитой губой, Галина Андреевна, еще не оправившаяся от вчерашнего, застыла в изумлении. Снова заныло сердце. Несчастная бабушка всплеснула руками и громко заголосила:
- Да что же это такое?! Кто же тебя так? Что случилось, Дашенька?!
В ответ внучка плюнула себе под ноги и заперлась в своей комнате. Шокированная еще больше, бабушка пыталась достучаться до нее, но услышала только дикий рев музыкального центра. Едва держась на ватных ногах, несчастная женщина присела на табурет, но трель телефонного звонка заставила ее напряженно выпрямиться.
- Добрый вечер. Я могу поговорить с Галиной Андреевной? – осведомился женский голос.