— Неужели никто не заметил? Ребенок тянулся к вам и игнорировал всех остальных. Вот мне и интересно, как поведут себя другие дети.
— Что? Зачем кому-то меня убивать?
— Думаю, убивать вас не хотели, — сказал Гарри. — Вы гораздо полезней живой.
— Для чего? Сэр Гарри, перестаньте говорить загадками и скажите прямо!
— Прямо? Да пожалуйста. Вас настроили против бреморцев, влили в уши нужную информацию и организовали это нападение.
— Бред! — возмутилась дама. — Кем надо быть, чтобы такое в голову пришло?
— Фейрберном, например. — Ответил Гарри. — Я понимаю, что они здесь ни при чем, но ход вполне в их стиле. Так мы будем проверять мою теорию или сразу ее отбросим? — поинтересовался Гарри.
— Будем! — одновременно сказали МакЛалы.
— Это может повредить детям, — возразила леди-инспектор, но Дональд надулся и всем видом показывал, что женское мнение ему до одного места. Скорее из вредности, нежели логически, Керри снова возразила. — Даже если дети будут реагировать только на меня, вы не можете утверждать кто, когда и с какой целью на них воздействовал.
— То есть мы сами с ними такое сделали? — поинтересовался Дональд. — Напомните, кем там вас не считать?
— Хам! — обиделась Роджерс и покинула комнату.
За ней потянулась свита. Гарри позволил девушке выйти, но парня остановил.
— Молодой человек, останьтесь. Ваш фокус с дезориентацией может прийтись весьма кстати. Доктор, — попросил Гарри.
Ферон посмотрел на Дональда, дождался кивка, уточнил кого будить и влил ребенку пару капель зелья. Для эксперимента выбрали другого мальчишку — самого мелкого из всех. На этот раз целитель не стал говорить, что надо подождать, и правильно, ребенок пришел в себя мгновенно. Он так же шарахался от кучи незнакомых дядек, делал большие глаза, но когти не отращивал, и рвать нас не спешил. Гарри дотошно обследовал его при помощи диагностических заклинаний, но так и не нашел ничего необычного, поэтому минуты через две Дональд, по молчаливому согласию Гарри, пригласил даму Кэрри.
Едва мальчишка увидел леди-рыцаря, начались изменения в его тонком теле. Пятна на ауре стали конденсироваться в тонкие жилки темной энергии и потекли к голове, к третьему глазу. Гарри внимательно наблюдал за мальцом сквозь эфирную плоскость диагностического заклинания, но даже жестом не обозначил, что видит изменения. Я не выдержал, сказал:
— Гарри!
— Вижу! — ответил чародей.
Ребенок рванул в атаку, но был мягко отброшен невидимой стеной. Гарри отодвинул диагностическое заклинание в сторону, но развеивать его не стал, взял из книги другое, бросил в мальчишку. Ребенок мгновенно потерял сознание и был аккуратно уложен на койку. Чародей вернул диагностическое заклинание на место и снова стал вглядываться в изменения, что происходили с тонким телом подопытного.
И гости, и хозяева с интересом ждали вердикт, но Гарри не торопился, осмотрел еще несколько детей. Чарли Ферон осмелел и стал заглядывать в плоскость заклинания сбоку, но, похоже, ничего не понял в эфирных кляксах, из которых Гарри получал массу информации.
— Это что-то среднее между внушением и одержимостью, — сообщил чародей. — Точнее не скажу, потому что никогда с таким не сталкивался. Энергия, что заставляет детей атаковать, не является духом, не обладает даже подобием разума, более того, я не могу определить к какой стихии она принадлежит и понятия не имею, как с этим бороться!
А я вот догадываюсь. Это та же тьма, что клубится в духовном сердце оборотней и роднике вампиров. Только сказать этого в голос не могу, поскольку такое заявление точно раскроет мои возможности, породит новые вопросы, но ответов на старые не даст! И как быть? Ликантропию лечат зельями, вампиризм — пулей в лоб, что это такое и как оно лечится вообще не понятно.
— А если… — предложил я. В этом городе ведь есть специалист, способный буквально унюхать эту тьму. Все, что касается духов и одержимости приводит его в фанатическую ярость. — Можно обратиться к викарию Вуду. — Эксцентричный мужчина принадлежал к ордену священнослужителей Коульеров, что занимался охотой на бесплотную нечисть почти так же профессионально, как бреморцы на тварей физических. Фанатическая вера и необычайная способность чуять запах магии позволили викарию сделать себе имя на этом поприще.
Гарри склонил голову в размышлении, Дональд с Альбертом попытались вспомнить, кто это такой и только дама Кэрри осторожно высказалась против.
— Он довольно агрессивен и не всегда в своем уме. Детей это пугает.