Через шесть часов после отправления Кингсли Оборна на Юнону пришло сообщение от Гу Мань, предупреждающее о прибытии Фрэнсиса Эксфорда.
— СЮДА? СЕЙЧАС?
— ОН УЖЕ НА ОРБИТЕ. ПРОСИТ РАЗРЕШЕНИЕ НА ПОСАДКУ.
Сол глубоко задумалась, прежде чем что-либо ответить.
Зная, какие пируэты может выделывать Фрэнк на своем корабле-прорезателе, она не собиралась подпускать его на близкое расстояние к «Арахне». Кто знает, на что еще способен этот бравый генерал вместе со своим экипажем?
— САЖАЙТЕ ЕГО НА ПЛОЩАДКЕ «СИ» И ПЕРЕДАЙТЕ, ЧТО, ЕСЛИ ОН ХОЧЕТ ПОГОВОРИТЬ СО МНОЙ ЛИЧНО, ПУСТЬ САМ ПРИХОДИТ СЮДА. КОНЕЧНО, ЕСЛИ ОБЛАДАЕТ ФИЗИЧЕСКИМ ТЕЛОМ, А НЕ ВИРТУАЛЬНЫМ.
Площадка «Си» располагалась в дальнем конце станции. Пока Эксфорд сажал свой корабль и добирался до прорезателя Хацис, прошло полчаса.
Кэрил наблюдала через внешние датчики в системе «КонСенс», как Фрэнсис поднимается на борт «Арахны». Его искусственное тело было меньше ростом, чем у большинства копий-энграмм. Сходство с подлинником казалось весьма незначительным. Зеленоватое лицо с размытыми чертами вообще не выражало никаких эмоций. Генерал не предпринимал никаких попыток начать радиопереговоры, пока не вошел в кокпит.
— Итак, — произнесла Кэрил, поднимаясь с кресла и никак больше не приветствуя гостя, — вы прибыли с Альсафи…
Эксфорд скрестил руки на груди и слабо улыбнулся.
— Вообще-то это был не я. Кэрил удивилась.
— Но?..
— На Альсафи полетела моя копия под номером десять-двадцать два. А я — номер семьсот семьдесят четыре.
— А что случилось с энграммой десять-двадцать два? — слегка смутившись, спросила Хацис. — Ведь она должна была прилететь сюда вместо вас.
— С чего это вы взяли?
— Да с того, что вы сказали, что «Меркурий» — ваш единственный прорезатель. — Кэрил почувствовала сильное раздражение при виде самодовольной физиономии Фрэнка.
Эксфорд широко улыбнулся.
— А это был вовсе не «Меркурий».
Хацис с трудом удержалась от возгласа изумления.
— Что вы имеете в виду? — спросила она сдержанно. — А кто мне говорил…
— Уважаемая Кэрил, ситуация несколько изменилась, — небрежным тоном заметил Фрэнсис. — Этот корабль называется «Оркус».
— А нельзя ли узнать, каким образом вам удалось на нем прилететь?
— Не все сразу, — ответил генерал. — Вы же знаете, что я никогда не был в числе тех, кто немедленно выкладывает все карты на стол.
— Да, похоже на то, — призналась Хацис.
— Послушайте, Кэрил, — начал Фрэнк, раскачиваясь в кресле. Его движения были удивительно ровными и изящными. — Буду откровенен. Последнее официальное обращение к колонистам меня немного смутило. Насколько я понял, у вас еще не было прямого контакта с Тараканами. Тогда почему вы объявили им войну?
— Согласно вашим данным, Фрэнк, мы уже несколько раз сталкивались с Юлами, — проговорила Хацис. — Я внимательно просмотрела свежую видеозапись уничтожения Морскими Звездами одной из последних колоний и теперь не сомневаюсь, что подобных внезапных нападений чужаков было еще больше. Более того, в течение нескольких дней мы потеряли три разведывательных корабля. И уж если эти факты не считать прямой встречей с противником, тогда вообще не знаю, как их расценивать.
Эксфорд недоуменно пожал плечами.
— Думаю, вы сильно преувеличиваете.
— Ну почему же? Ведь вы же были военным, не так ли? И прекрасно знаете, что такое реальная угроза.
— Я также отлично нахожу реальную возможность конкретных действий. Кэрил, вы подвергаете большой опасности будущее всех нас, поспешно взявшись за оружие. Ведь на самом деле Юлы — очень полезные союзники.
— Но они, наоборот, стали серьезным врагом, — искренне сказала Хацис.
Эксфорд кивнул.
— Кэрил, сказать вам, что я думаю насчет всего этого? — спросил он и, не давая ей времени для ответа, продолжил: — Полагаю, вы просто-напросто хотите подраться.
— Чепуха, — презрительно усмехнулась Хацис. — С какой это стати я хочу войны?
— Потому что чувствуете — есть шанс победить. Кэрил уже собиралась возразить, но Фрэнк помешал ей.
— Кэрил, в лучшем случае это обычная рефлекторная реакция, и вы это прекрасно знаете, — сказал он. — Перед лицом высоких технологий «прядильщиков» и Морских Звезд вы ощущаете себя настоящей козявкой — как и все мы, черт возьми, тоже. Но вот победа над Юлами придаст немного уверенности, не так ли? Тогда вы не будете чувствовать себя никчемной.