— Ну и сколько ему было? — спросила Хацис.
— Любые точные определения сейчас преждевременны, — уклончиво ответил Эксфорд.
— А если приблизительно? — настаивала Кэрил.
Генерал спокойно выдержал ее пристальный взгляд.
— Возможно, несколько столетий. Но, как я уже сказал, сейчас рано говорить об этом.
— Все же лучше, чем вообще ничего.
— Лучше всего — это встреча с живыми представителями чужаков. Вот кого я имею в виду…
Эксфорд повернулся.
Стена кокпита, у которой он стоял, внезапно стала прозрачной: за ней оказалось довольно обширное помещение. Эландер увидел двоих долговязых инопланетян, которые сидели спиной друг к другу на седловидных креслах. Их длинные нижние конечности были причудливо согнуты. Мимика чужаков значительно отличалась от мимики Чарли: лица этих пришельцев казались значительно живее и эмоциональнее.
— Они могут нас слышать? — негромко спросила Хацис.
— Нет, — ответил Эксфорд, — так же, как и видеть. Я решил дать вам время немного присмотреться к ним.
— Интересно, к какому виду относятся чужаки? — поинтересовался Эландер. — Ящерицы? Насекомые? Птицы?..
Генерал пожал плечами.
— Черт их знает, — сказал он. — Мы ведь не имеем понятия об их родном мире.
— Так вы еще не перевели эту часть информации?
— Перевести-то перевел, но, боюсь, не совсем точно. Питер изумился искренности слов Эксфорда.
— Ну что, начнем, пожалуй? — после секундной паузы предложил он.
— Кэрил! — обратился Эксфорд к Хацис.
Та, не отрываясь, смотрела на чужаков, следя за каждым их движением. Потом глубоко вздохнула.
— Ладно. Давайте начинать.
Из динамиков кокпита послышался звук голосов инопланетян.
Питер почувствовал, как по его коже пробежали мурашки.
Оба чужака одновременно издавали две серии пронзительных свистков, разделявшихся на фрагменты определенной тональности. К счастью, не было тех истошных визгов, которые Эландер слышал раньше. Посвистывания имели почти одинаковую силу и высоту, поэтому колебания между двумя основными частотами могли содержать дополнительную информацию. И все-таки даже при малой громкости звуки, издаваемые пришельцами, болезненно раздражали человеческое ухо.
Один из инопланетян посмотрел вверх, смешно пошевелив своими перепончатыми крыльями. Он поднял костлявую руку, и оба чужака моментально умолкли, синхронно повернув головы к людям. Выражение лиц пришельцев было почти одинаковым.
— Вы слышите нас? — с каким-то несмелым любопытством спросила Хацис.
Инопланетянин, сидящий слева, произнес сразу несколько пар слогов: при этом его рот сложился каким-то некрасивым треугольником.
— Мы вы слышим звучите вас странно, — такой перевод выдал искусственный интеллект «Меркурия».
Было ясно, что говорил лишь один чужак, однако два смысловых сообщения пришли одновременно, и в итоге получилось невнятное бормотание. Одна фраза звучала немного мягче.
— Мы можем устранить частотные наложения? Кэрил с надеждой посмотрела на Фрэнка. Генерал кивнул.
— «Меркурий», используй временную задержку в тот момент, когда кто-то из чужаков начнет произносить одновременно более одной фразы. Постарайся изолировать друг от друга звуковые потоки, — сказал Эксфорд и ободряюще улыбнулся Хацис. — Сделайте еще одну попытку.
Та повернулась к инопланетянам и внятно произнесла:
— Меня зовут Кэрил Хацис. А это — Питер Эландер.
— Нечего вам сказать нам/мы видим ничего, — моментально отозвался первый чужак.
Его голос звучал как женское контральто с богатыми своеобразными оттенками.
Неужели, подумал Питер, тембр выдает половую принадлежность этого существа? По его мнению, чужак ничем не отличался от Чарли, которого Эксфорд считал самцом.
— У нас такая же проблема, — сказала Хацис. — И мы тоже не получаем привычных визуальных сигналов.
Инопланетяне промолчали. Выражение их лиц не изменилось, а взгляд был устремлен куда-то в сторону, а не на собеседников.
— Как обращаться к вам? — спросила Кэрил. — У вас есть имена?
— Мы…
Вместо обычного, понятного людям слова бортовой переводчик использовал те же два слога, произнесенных в этот момент инопланетянином.
Эландер недоуменно покачал головой.
— У меня язык никогда бы не повернулся произнести такое…
— Я выделил неясные фонетические компоненты, — объяснил Эксфорд. — Первый слог — это «юл», который никак не переводится. Второй — «гоэл», означающий, кажется, «хищник». Полагаю, это является неким званием или титулом, хотя такой термин, похоже, используют также для определения целого вида животных.