Сегодня уже тринадцатый день моего пребывания в подземельях. Мне разрешили выйти на поверхность. Как я узнал, поверхность для варийцев это большая привилегия, туда поднимаются только воины, разведчики и охотники, а дети и простые рабочие лишь несколько раз в десять дней.
Стоило снова побывать в лесу, как нахлынули горькие чувства. Гулявшие со мной Ники и Конок замечали мою печаль, но не смели спрашивать. Эта парочка была своего рода моими опекунами, они мне все рассказывали, показывали подземный город, когда были не рабочие часы.
Виера появилась на четырнадцатые сутки, когда я решил, что обо мне забыла.
Очень хотел обидеться, долгое время до ее появления репетировал, как буду дуться на нее, когда она все–таки явится, и что буду высказывать. Но когда она вошла, радостный крик сам вырвался из моей груди, и я помчался обнимать ее. Она смеялась, схватила крепко–крепко в свои приятные объятия и целовала, не отпуская минут десять. Потом мы сели на кровать, очень хотелось пообщаться, у меня накопилась масса вопросов.
– Прости, брат Сирус, что оставила тебя на такое время, – пролепетала она. – Я должна была решить очень много вопросов, слишком долго здесь не была…
Я грустно улыбнулся в ответ.
– Как же ты тут устроился брат Сирус? – спросила улыбчивая Виера, рассматривая меня во все свои выразительные зеленые глаза.
Такие красивые, что не мог на них налюбоваться. Посвежевшие, выспавшиеся и сияющие.
– У меня появились друзья, – начал я. – А еще я работаю…
– Это временно, – прервала вдруг она. В голосе строгость. – Ты будешь учиться мастерству меча и схватки без оружия, ты станешь настоящим мужчиной Варийи…
– Ах, я для тебя значит не мужчина? – возмущению моему не было предела. Меня задело, что она еще не считает меня мужчиной Варийи.
– Сирус, не сердись, – произнесла она вдруг ласково и мягко. – Без нужных навыков ты не воин, а если не воин, то мужчиной называться не можешь в полном смысле этого понятия.
– Ну да, куда мне тягаться с тем белобрысым, – хмыкнул я.
Виера рассмеялась, замотала головой.
– Сирус ревнует? – с сарказмом произнесла она.
Покраснел и отвернулся. А она встала и пересела на ту сторону, куда теперь смотрел я.
– Да, ревную, – не выдержал я. – Ты с ним провела столько времени…
– Это мой отец, – ответила варийка. – Виера вновь просит прощения у брата Сируса, что покинула его на столь долгий срок. Такого больше не будет, обещаю.
Мне стало стыдно. Отец… Это, наверное, важно. Мне не понять этого. Своего настоящего отца я не помню. А Громур… он будет ненавидеть меня. Настроение стало падать. Обнял Виеру, чтобы не смотрела в мои погрустневшие глаза. Она была такая теплая и мягкая. Все в той же залатанной мною кофточке.
– Я знаю, что ты важная персона среди своих, – сказал я, когда мы снова отлепились друг от друга. – Не отрицай это, скажи как мне себя вести, когда мы с тобой на людях?
– Как вздумается, Сирус, – ответила Виера, улыбаясь широко. – Все знают, что я люблю тебя. Даже мужчины, что претендовали на меня…
– Какие такие мужчины? – возмутился я.
– Да их не мало, Сирус. Много кто хотел быть со мной, – усмехнулась Виера. – В моем сердце был лишь погибший муж долгое время, а потом увидела тебя.
– Что прям, так много варийцев жаждут твоих поцелуев и объятий? – ухмыльнулся ехидно.
– Угу, – горделиво ответила она.
– А ты прямо–таки рада?
– Угу.
– Ну и радуйся! – возмутился я.
– Ну и буду! – захихикала Виера. – Сирус, собирайся.
– Зачем? – насторожился я.
– Я же говорила, тебе в лесу, – отвечала Виера. – Что мы идем в мой дом. Виера от своих слов не отказывается, обещания помнит. Собирайся брат Сирус, у меня побольше места…
Она жила в большом каменном доме.
– Ну и какое же положение в городе занимает моя сестра Виера? – ехидно спросил, когда осмотрел дом.
Я был впечатлен, у нее едва ли не лучшие хоромы во всем городе, такие большие. Видел, как в маленьких хижинах города ютятся целые семьи. А тут Виера одна в доме, настолько большом, что можно поселить сюда семей десять.
– Я дочь главы нашего города и член совета, – ответила Виера. – Но у нас не принято замечать должности, главное уважение и сила. Важнее количество убитых тобою врагов и добытой пищи. Я не веду себя, как ваши командиры, не требую преклонений.
– Ну, ну! – усмехнулся я, демонстрируя высоко поднятый подбородок и надменный взгляд. – Вот так, я Виера, мой подбородок слишком низко поднят, ты не находишь братец Хоэк?
– Умник, да? – обиженно возмутилась Виера, сузив глазки. – Я обидчивая, могу обидеться и наподдать для воспитания.
– Можешь, ты же дочь главы…
– Хватит, – взмолилась Виера. – Давай лучше обниматься, я хочу послушать о твоей Дэрне!
Теперь мы постоянно были вместе. Виера стала тренировать меня рукопашному бою. Показала, где тренируются будущие воины, познакомила с тренерами. У них тут тоже были занятия по фехтованию!
Если по рукопашному бою мне сразу дали понять, что я дилетант и школа Ортар это посмешище, то в фехтовании я наделся показать себя с сильной стороны.
– Зинонские вакко–мечи очень хороши, – говорил тренер. – Но вот руки зинонских захватчиков плоховаты. До вторжения Зинона наш мир знал лишь ружья и мечи. Меч для наших племен был основным оружием, а не как у Зинона побрякушкой в руках их адмиралов.
Он продемонстрировал свой меч. Обычная сталь, острая, тонкая, гибкая. Вакко–лезвие разрежет такой без труда. Но не мечи свои хватил тренер, не об этом говорил. А о том, что только коренной вариец старого времени может научить по–настоящему владеть искусством меча.
Мои первые схватки на деревянных мечах были своего рода проверкой моих навыков и степени владения. Тренер меня хвалил, однако я был собою крайне недоволен.
Виера часто навещала мои занятия. Как–то не сдержалась и вызвала тренера на бой на мечах. Бой был не равный, тренер хорошенько наполучал от варийки. Я был горд за Виеру. Мы взяли комплект деревянных мечей с собой домой. Виера не могла отказать мне в просьбе обучать меня и фехтованию. Помимо занятий с тренером, теперь по вечерам меня тренировала Виера.
Я восхищался ее быстроте и силе. Она учила старательно, показывала ошибки, мелкие недочеты, приводящие к поражению. Из ее уст я жадно впитывал все.
Узнал, что Виера в рукопашном бою одна из сильнейших в городе, даже может потягаться с самыми сильными варийскими мужчинами–воинами. В этом я убедился, когда она дралась на тренировке с одним своим бывшим воздыхателем, могучим и сильным варийцем, который по своим размерам был не меньше командира Берона.
Конечно, она не смогла довести бой до победы, его было просто не пробить. Если бы бой велся по–настоящему, насмерть, она бы безусловно победила, сломав ему что–нибудь. Но на тренировке братья не наносят друг другу увечий, это немыслимо для варийца.
Хохоча и фыркая, Виера сдалась. Ее противник поиграл передо мною мышцами, надменно хмыкнул и удалился. В нем я увидел соперника.
Это был Кодос. Он действительно считался лучшим из воинов города. Долгое время он пытался добиться Виеры, как она сама мне призналась после боя. Но она не позволила ему приблизиться…
Сегодня Кодос пришел и на фехтование. Виера часто была со мной на занятиях, и тот решил помаячить. Он был очень красивым воином, значительно крупнее меня, сильнее, у него были красивые черные глаза, которые на меня смотрели со скрытым презрением. От его присутствия мне было не комфортно. Это единственный человек в городе, кто мне был неприятен. И вот он пришел. Вызвал Виеру на тренировочный бой.
Я внимательно наблюдал за их сражением. На тренировочной площади были и другие варийцы.
Виера пропустила удар, который пришелся ей по заднице. Кодос рассмеялся, а Виера негодуя, фыркнула. Она считала, что их бой дружеский, а теперь поняла, что Кодос решил ее унизить.