Но само это потребление было не сказать, чтобы прям высоким. Сто маны с небольшим в час. И это не на постоянной основе, это пока не восстановится. Справка с потреблением энергии и процентом прочности также всплыла перед глазами. Я мысленно пожелал, чтобы она ушла вбок и вниз, и интерфейс послушно выполнил мою команду. А удобная штука! Вообще, интересный медальон. И почему именно нашейное исполнение? Логично было бы, если он мысли читает, на голове его носить. В виде обруча там, диадемы или даже короны. Или очков. Хотя, тогда прикладывать в качестве пропуска было не так удобно… Ладно, оставим эти мелочи тем существам, что их придумали.
Пока повосхищаемся тем, что огромный бесформенный комбинезон, едва я в него залез и застегнулся, сожрал у меня ещё полтинник маны и уменьшился, приняв мой размер. Перед глазами также возникла картинка с контурами человека, окружённого контуром костюма. Это мне так мысленно предлагалось отрегулировать фасон наряда! Можно было оставить так, как сделалось по умолчанию — в облипку. И я бы даже стерпел это, больно вкусные бонусы у одежды. Но если можно сделать его более свободным, почему бы нет? Раз можно — я и отрегулировал. Получилось что-то типа спортивного костюма, только с поясом, вместо пряжки которого красовалась круглая бляха с рисунком, похожим на рисунок на медальоне. Я-то думал, это замок на свёртке, а это, оказывается, ещё и типа процессор управления. Самая важная часть костюма.
Экзоскелет оказался не тем, что я ожидал увидеть. Это был массивный пояс из непонятного материала, одновременно похожего и на пластик, и на металл опять же — серого цвета, с небольшим металлическим блеском. В отличие от комбеза, интерфейс по нему не выдал никакой информации. Лишь состояние прочности в девяносто восемь процентов. Намного лучше сохранился, но и саморемонта в нём не было. Так что, если сломается, то сам дурак. Напитав пояс энергией, также приложив медальон к аналогичному кружочку на поясе, я нацепил его на себя и активировал, мысленно нажав на виртуальную кнопку «активировать», возникшую перед глазами. Пояс погудел, пошипел, пощёлкал чем-то внутри, после его корпус раскрылся и принялся раскладываться. Нет, никакого подобия брони. Несколько полосок материала, из которого был сделан пояс, пролегли по поверхности моего тела поверх комбинезона. На животе и спине они были шириной сантиметров пять, на руках и ногах от трех до одного. Самые узкие — на пальцах рук — сверху и снизу, буквально в половину сантиметра. На ступнях же появились целиковые стельки из этого непонятного вещества, и также несколько линий сверху, вплоть до кончиков пальцев. Материал был мягким, хотя и заметно упругим. Получившаяся конструкция слегка сковывала движения, не поспевая за мной. Ограничение по скорости, которое упоминала Авва. Но благодаря этой хреновине стало реально легче поднимать предметы. Не нравилось мне энергопотребление. Чем больше переносимый вес, тем больше и маны сожрёт прибор. И на пике нагрузки, а это в районе сотни килограмм, которые я буду тащить уже пыхтя и матерясь, с меня будет улетать две сотни маны в час. Одна сотня, если тащить килограмм пятьдесят.
Единственное, о чем я немного жалел, так это о том, что тут не было обуви, головных уборов и прочих варежек-перчаток. На поверхности сейчас была середина сентября, по нашему. Календарь у Аввы был, и работал без сбоев, пришлось лишь немного повозиться, выясняя, какому дню земного календаря соответствует двести пятьдесят девятый день. Так что были шансы попасть и в жару, и в холод, выйдя наружу. Так что, скрепя сердце, я как смог, выскоблил кроссы от слизи и натянул их. Одежду решил оставить под землей — от киселя она была довольно тяжёлой, по качеству уступала комбинезону на несколько порядков, да и фасон точно будет выделяться точно также, как и мой новый прикид. Но вот что меня удивило на технологическом складе…
— Авва, ты же говорила, что у тебя нет оружия? — возмутился я, вертя в руках отличный двуручный портативный плазменный резак, напоминающий по размерам, весу и форме ручной револьверный гранатомёт.
— Так ведь это и не оружие. — совершенно искренне недоумевая, похлопала она призрачными ресницами.
— То есть, если я щас в гуся из него стрельну, он не зажарится?