— Братья и сёстры! — провозгласил Даня. — Я скромен. Я не прошу себе храмов и алтарей. Мне нужно лишь одно…
— Всё, что пожелаешь! — вздохнула толпа.
— … Бухло. Много бухла. И чтоб в рифму. Кто мне нальёт?
Кабатчик, который всё это время стоял в дверях с квадратными глазами, сорвался с места и убежал внутрь. Через минуту он вылетел обратно с бочонком.
— Вот! Вот, Великий! Прими это в дар! — склонился перед моим щитом трактирщик.
Чёрное щупальце обхватило бочонок и засосало внутрь.
— Благословляю. — икнул Даня. — А теперь — танцы! Эх яблочко, куды ты котишься? Когда в Бездну попадёшь — не воротишься! — Запел поэт.
— Эй, гусь, — повернулся я к Норрдралкеру. — Ты как, умеешь плясать?
— Я дракон, — гордо заявил тот. — Драконы не пляшут.
— А гуси?
— Гуси — да, — вздохнул он и пошёл вприсядку. — Эй, трактирщик, всем пива за наш счёт!
Авва скинула свою накидку и ввинтилась в гущу толпы.
— За нового бога! — трактирщик выкатил новый бочонок и мешок кружек, выбил в бочонке дно и принялся зачерпывать и раздавать всем пиво, явно то самое, которое надо осуждать на всякий случай.
— За Даню! — рявкнул Норрдралкер, и толпа поддержала его всеобщим ликованием.
— Да идите вы все в пизду. — добродушно ответил Даня.
Толпа восприняла это как благословение и рухнула на колени.
А я стоял в полном ахуе от происходящего. То, что всех накрыла какая-то психоделическая волна, я понимал. Но не понимал, откуда она взялась. Ещё одна умелка этого странного поэта из щита?
Глава 31
Когда безумие отпустило толпу, люди начали разбредаться по домам. Кто-то шёл сам, кого-то несли — но все были довольны и как будто немного в дурмане. Даже те, кто получил пинка под зад в суматохе, не жаловались. Ну, почти все. Барон-жрец лежал там, где его засосало в щит, и уже не шевелился. А чего бы ему мёртвому, да шевелиться? Светлый паладин тоже так и валялся в грязи, с вмятым в лицо забралом. Я посмотрел на них, потом на толпу, потом на Даню.
— Ты это специально сделал? — поинтересовался я у странного поэта.
— Что именно? — Даня прищурился с какой-то странной, едва заметной на этой чёрной, без единой тени, роже, ухмылочкой.
— Ну, всю эту херню с поклонением, стихами, бухлом. Ты ж понимаешь, что они теперь тебя за бога держат?
— Шурик, я щит. Я вообще не должен ничего понимать. Но если они хотят нести мне бухло и закуску… Кто я такой, чтобы им отказывать?
Я вздохнул. Спорить с абсурдистом, который только что сожрал душу жреца, было не столько бессмысленно сколько очково.
Короче, народ разбредался. И в какой-то момент я заметил, что на площади остался один мужик. Он не ушёл вместе со всеми. Стоял в стороне, сложив руки на животе, и терпеливо ждал. Одет чище других — кожаные сапоги, добротная рубаха, жилетка с карманами. Седая борода аккуратно подстрижена, волосы зализаны назад. На поясе связка ключей. Стоял и смотрел на меня. Во взгляде немного страха, но не так чтоб прям в штаны напрудить. Походу, единственный, кто грибное пиво не трогал. Я подошёл ближе. Он поклонился.
— Милорд.
А не, походу, все же я осуждаю, и грибным пивом он закинулся.
— Ты о чём? Вон ваш барон. Прошу любить его и жаловать, куда хотите. Ему уже явно похер.
— Вы убили барона-жреца. — терпеливо продолжил мужик. — По законам нашего графства, вы теперь новый барон и жрец. Поздравляю. Богов новых назначаем? Я так понимаю, с Анаркалионом у вас теперь отношения не сложатся.
С этими словами он посмотрел на самую дорогую в этом городе слегка помятую консерву с паладинятиной. Сказал это всё так спокойно, будто сообщал, что на улице идёт дождь.
— А ты кто? — спросил я для галочки, ибо и так отлично видел, кто он. Спасибо интерфейсу.
«Тардык, городской управляющий, 46 уровень»
— Управляющий. Веду хозяйство покойного барона. И ваше теперь, если вы примете титул. И меня не погоните.
Я повернулся к своим. Гусь пожал плечами. Авва, которая наконец-то выбралась из толпы, была красная, растрёпанная и счастливая, как кот, который объелся сметаны. Она кивнула, мол, чего думать-то? Морвеллен стояла в дверях таверны, скрестив руки на груди, и смотрела на меня с лёгкой усмешкой.
— Ну, барон? — спросила она. — Принимаешь дела?
Я почесал затылок. С одной стороны, я не планировал становиться феодалом. С другой… Город на границе с эльфийским лесом. У меня тут эльфийская королева, квест на возвращение ей власти, квест на зачистку её столицы от монстров. Плюс база, где можно отдохнуть, а не ночевать в древнем бункере или трактире. Да и жопу приткнуть теперь есть где. С другой стороны, куча крайне неумных простолюдинов, совершенно незнакомый быт, уклад, менталитет и геморрой в виде владения всем этим. Плюс ещё с графом надо отношения налаживать, если не присягу приносить. Но можно же будет притвориться трупом и сбагрить титул потом какому-нибудь желающему, разве нет? Короче, пока вариант интересный и удобный. Если что, продам город соседнему барону. А пока понадеюсь на Тардыка. Почему-то он пока производит впечатление умного мужика. А это тут, как я успел заметить, невероятное исключение из правил.