Моя телега тряслась обратно. За спиной оставались поля, крестьяне, жёлтый снег. Впереди — город, усадьба, новая жизнь. Я сидел, смотрел в небо и чувствовал, как внутри что-то меняется. Не тело — что-то другое. То, что делает человека не просто сильным, а… Другим.
— Даня. — спросил я у щита, который я до этого присобачил на телеге наблюдать за работами и следить за безопасностью. — А что теперь будет?
— А что ты хочешь?
— Не знаю. Просто… Страшновато как-то. Никогда от меня столько людей не зависело.
— Это нормально. Бояться — не стыдно.
— А ты чего боишься?
— Я? — он задумался. — Раньше я боялся, что мои стихи никто не поймёт.
— А теперь?
— Теперь? — Даня усмехнулся. — Теперь у меня целый город слушателей. И все они считают меня богом.
— И ты не против?
— Саня, я поэт. Поэту нужна публика. А какая разница, во что она верит?
Телега въехала в ворота. Нас встречали. С надеждой, страхом, любопытством. Я спрыгнул на землю, оглядел толпу.
— Вы все большие молодцы! — помахал я им рукой. — Завтра — пир во славу урожая и Веселителя, пославшего нам его. С вас еда, с меня выпивка! А сегодня — отдыхайте. Вы это заслужили.
Люди закричали. Кто-то побежал к бочке-алтарю, кто-то — к домам за едой, кто-то просто плясал на месте. А я стоял и смотрел на эту вакханалию. И думал о том, что, кажется, только что стал для них не просто бароном, а чем-то большим. Тем, кто лечит блевотой. Тем, кто призывает богов. Тем кого всё-равно до сих пор считают демоном, но не боятся, потому что я — их барон.
— Саня. — тихо сказал Даня. — А ты знаешь, что теперь будет?
— Что?
— Теперь каждый, кто заболеет, придёт к тебе. И каждый, кто поранится, будет ждать твоей слюны.
— И что мне делать?
— Плевать в суп.
— Даня!
— Я серьёзно. Добавишь слюны в общий котёл — и все здоровы. Тихо, мирно, без истерик.
Я задумался. В его словах был какой-то смысл. Дурацкий, абсурдный, но смысл.
— Подумаю. — сказал я. — А пока пойду помоюсь.
Эписловие
— Чего это с ним? — Андрей задумчиво почесал затылок чёрным щупальцем, вылезшим из пятна на лице.
— Это, мать его, истинная вера истинных верующих. — покачал головой Мардукор.
Говорили они о куче мяса, лежащей в кресле, конвульсивно дёргающейся и непонятно откуда булькающей.
— Понятнее не стало. — усмехнулся АлкХимик.
— Да как тут в двух словах-то объяснишь? — теперь чесать затылок настал черёд древнему богу войны. — Короче, из-за того, что к нему очень сильно воззвали из закрытого мира, ему пришлось вывернуться на изнанку ради того, чтобы послать им свой пламенный привет.
— Судя по виду, вывернулся наизнанку он в прямом смысле слова. — покивал Андрей.
— Именно. — кивнул Мардукор.
— Ты… Ты щас серьёзно? — удивленно посмотрел на него Андрей.
— Полностью. — вновь кивнул ему рыжий бог. — Честно, впервые такое вообще вижу за свою долгую и насыщенную жизнь!
— Хрлып! — хлюпнула куча мяса по имени Денис Веселитель.
— Давай помогай. — мотнул головой в сторону бога бухла Мардукор. — Вывернем его обратно. Если что, полей его лечебным зельм.
— Хлюп-хрып-хырлып! — забулькала мясная масса и попыталась уползти, но у неё, разумеется, ничего не получилось.
Конец первой части.
Вторая часть:
#573621/5446295